Идет время, течет медленно, сочится еле-еле. Вторая сигарета кончилась. В поле зрения по-прежнему никаких шевелений, и это даже не настораживает, а попросту достало. Не по моей части такие головоломки, пускай Вычет их решает — заодно, может, теорему какую докажет, он на это горазд, а я пас. К бою-то я готов, да только нутром чую: не будет боя. Да и кому он здесь нужен? Если «монолитовцы» могут управлять здешними пси-излучателями, то на кой хрен им подставляться под мои пули? Можно же проще — как с Виктором, дешево и сердито. Да я сам себя по шее полосну, если только пойму, что безнадежно влип и если сквозь адову боль сумею нащупать рукоять мачете!
Проходит полчаса, а Вычета все нет. Он появляется только через час, спокойный и невозмутимый. По сторонам не глядит и оружие держит стволом вниз, как будто все опасности уже позади. Учи его, не учи… Умный лопух. Как был потусторонним, так им и остался.
Долго ли еще он будет ходить в любимчиках Зоны? Поднатужившись, можно поверить в то, что среди множества побывавших в Зоне уродов и уродцев этот настолько уникален, что Зона по сию пору озадачена и ничего не решила, — но лучше я буду верить в случайные совпадения. Тогда по крайней мере не сойду с ума.
— Что-то ты долго, — ворчу.
Он только пожимает плечами — обстоятельства, мол, так сложились.
— Погодь, — говорю, — а как ты обратно пройдешь? Стой, я сейчас сам проверю, может, барьер уже снят…
— Не проверяй, — говорит Вычет. — Есть барьер.
— Ты-то откуда можешь это знать? — Чувствую.
А, ну это бывает. Сколько раз нашему брату-сталкеру спасало жизнь ненадолго прорезавшееся звериное чутье! Немного странно, что Вычет, оказывается, тоже на это способен, хотя, казалось бы, где чутье, а где формулы? Он-то небось всю жизнь логикой пользовался, любой случай подгонял под теорию, а на чутье плевал.
Ладно, о барьере потом подумаем, а пока…
— Нашел что-нибудь?
— Нашел, — кивает Вычет. — Оно там.
— Повтори! — требую я по прошествии секунды. Мне нужно время, чтобы осознать и поверить.
— Я нашел то, что искал, — на редкость бесцветным голосом подтверждает Вычет.
И сразу обильный пот со лба заливает мне глаза! Господи… Неужели?.. Свершилось чудо — мы дошли, достигли цели, и это только самое начало, мы стоим на пороге чего-то огромного и удивительного…
— Где?! — выдыхаю я.
— Там… — Вычет неопределенно указывает большим пальцем за спину.
— В главном зале Первого энергоблока?
— Нет.
— А где?
Он вздыхает.
— Пожалуй, лучше тебе этого не знать…
Нет, вы слыхали? Он будет решать, что для меня лучше, а что хуже! Его счастье, что обстановка не такова, чтобы ссориться.
— Там Исполнитель Желаний? — пытаюсь я уточнить на всякий случай.
— Смотря каких, — туманно отвечает Вычет.
Да он что, загадками, что ли, говорить собрался?
— Ладно, — говорю, — давай прикинем, как мне пройти к тебе. Если здесь нельзя, то, может, через какой подпол? Может, рискнем с наружной стороны, а? Просто так я бы не рисковал, но раз есть ради чего… Или через крышу? Думай давай!
Он качает головой:
— Ты не пройдешь. Никак.
— Еще чего! — возмущаюсь я. — А ты-то как оттуда выйдешь? Где есть выход, там есть и вход!
— И я не выйду.
Стою, беззвучно разеваю рот и вижу: Вычет абсолютно уверен в том, что сейчас мне сказал. А если вспомнить, то мало было случаев, когда он был в чем-то уверен и ошибался.
— Отойди-ка! — рычу я. — Я попробую с разбега, может, проскочу на автопилоте…
— Нет! — кричит Вычет. — Там не только пси-барьер, там еще что-то. Его ты не проскочишь.
— Чувствуешь, что ли, опять?
— Чувствую, — кивает он. — Я теперь многое чувствую. И будь другом, помолчи. У меня не так уж много времени. В любой момент меня могут позвать обратно. В сущности, меня отпустили… попрощаться.
Что же это я наделал такое? И что наделал он?
Молчит Вычет, молчу и я. Соображаю. В смысле, пытаюсь поставить мозги на место, и плохо это у меня получается. Будто пелена упала с глаз. Как вспомню, где я нахожусь, — дрожь берет. Ошеломляет сама мысль, что я дошел до самой ЧАЭС, проник вовнутрь и все еще жив. И пугает другая мысль: как теперь выбирагься-то отсюда?
Нет, сейчас я ничего не придумаю. Спокойная злость нужна, а ее сейчас нет во мне. Впрочем, не будем торопиться, время пока терпит. Успокоимся. Не дадим панике взять верх. Если уж пропадать, то в здравом уме и твердой памяти, как мужику положено, а не как твари дрожащей. А может, еще выберусь.
А Вычет, гад такой, глядит на меня, и мне ясно: все-то он видит, потому что изображать на физиономии не то, что я на самом деле чувствую, у меня всегда плохо получалось, а сейчас я даже не пытаюсь скрыть свой страх.
— Теперь понял? — участливо спрашивает Вычет. — Ты с самого начала был под Зовом и делал то, что требовала Зона. Теперь Зова нет, потому что он больше не нужен. Я ведь вижу, ты чувствуешь, что его нет. Я теперь чувствую, где ловушки, а ты чувствуешь себя человеком, а не… инструментом.
— Врешь, — свирепею я, — никогда я себя инструментом не чувствовал…
