Быстро нахожу и отключаю подавитель магии, принадлежащий демонам.
Ну а теперь надо поговорить с девушкой. И валить отсюда.
И только делаю несколько шагов по направлению к ней, как перед нами открывается ещё один портал.
Я быстро несусь вперёд, чтобы успеть перехватить тех, кто тут появится.
– Не надо, – слышу я испуганный голос Некаи, – не надо, – гораздо тише повторяет она и показывает на вышедшего первым демона. – Степан, познакомься, это мой отец.
«Вот те раз. А вот те и два», – думаю я, глядя, как из портала вслед за отцом девушки выходит явно светлое существо. И я даже догадываюсь, кто это. И его присутствие здесь мне очень не нравится.
Ведь это бывший жених Элаи. А бывшим его сделал я. Только он об этом ещё не знает.
И почему это я наблюдаю у Некаи такой насмешливый и хитрющий взгляд?
– Некая, это ты. – И столько ледяной отчуждённости и высокомерного превосходства прозвучало в словах демона, отца девушек, что у меня мгновенно отпал вопрос, почему Некая сбежала из дома.
Настолько он был холоден и равнодушен по отношению к ней.
«И это её отец?» – удивился я, глядя на него. Грозного, огромного архидемона, похожего на каменного гиганта, с красноватой кожей, чей рост превышал два с половиной метра. Мускулатура выпирала из него буграми каменных жил, так и перевивая его тело.
Кроме того, у него были заметны огромные прямые, поблёскивающие каким-то серебристым металлом рога (неужели это мифрил?), не загнутые или скрученные, выполняющие или декоративные, или защитные функции. Нет, они были такие, что их можно принять лишь в единственном варианте – за оружие. Притом очень опасное.
За спиной у него виднелись сложенные крылья. Не знаю, летает он или нет, но, по крайней мере, они у него как средство перемещения по воздуху были.
На его поясе висела неимоверных размеров полусекира-полумолот, чьим лезвием можно было пользоваться как своеобразным щитом средних размеров. И эта секира-молот болталась на толстой и длинной, это только на мой взгляд, но, видимо, одноручной, для этого демона, рукояти. Смертоносное оружие, не оставляющее противнику ни малейшего шанса на выживание, в случае если демон не промахнётся при нанесении удара. В чём я, глядя на него, совершенно не сомневался. Отбить удар этой секиры-молота было равносильно получить сильнейший удар настоящего молота невообразимого веса. Особенно если демон умел правильно его использовать и менять сторону оружия, закручивая его, то усиливая его рубящие свойства, то неимоверно повышая ударную мощь. А коль такое необычное оружие висело на его поясе, я был полностью уверен, что отец девушек владеет всеми тонкостями его использования. И если меня не обманывает зрение, то оно было создано из адамантита.
Никаких доспехов на демоне не было.
«А нужны ли они ему?» – подумал я, ещё раз посмотрев на его кожу.
Да одного взгляда на него хватало, чтобы понять, что передо мной один из сильнейших бойцов, которых я видел за последнее время.
Я не был уверен, но мне почему-то казалось, что это его первая ипостась, и она не боевая. Но даже в этом состоянии от него веяло такой силой и мощью, что начинаешь чувствовать себя мелкой букашкой.
Примерно так он действовал на всех присутствующих.
Воины, с которыми он прибыл, тот непонятный ангел, даже его собственная дочь были подавлены его невозможной и такой вещественной аурой силы.
«И это они говорят, что он не воин, а просто сильный маг. Невероятно! – И я ещё раз украдкой оглядел стоящего напротив меня демона. А потом, усмехнувшись, мысленно пробормотал: «Только вот я, как какой-то пентюх, стою и глазею на него. И с меня всё как с гуся вода».
И моему такому отношению к этому архидемону было вполне оправданное объяснение. Перед собой я видел бойца и воина, но не убийцу. На его поясе висело хоть и хитрое, но достаточно честное оружие. Он не носил доспехов. Он не скрывал свою силу и власть. Этот демон был военным вождём, готовым и могущим вести за собой тысячи и сотни тысяч. Но он не убийца.
Эту разницу я стал очень чётко различать, оказавшись в этих мирах. Там, откуда я родом, такой резкой границы между этими понятиями не было. В нашем мире хороший воин должен по определению быть хорошим убийцей. А первоклассный, соответственно, первоклассным. Здесь же была видна отчётливая грань.
Как я уже не раз замечал, эти миры намного честнее в этом плане. Отец Некаи и Элаи истинный воин, и он не тот, чья сила не видна и чью истинную опасность ты не узнаешь никогда. А убийца – это тот, чью опасность ты до последнего удара не увидишь, а после последнего уже не сможешь.
И разница между силой и опасностью здесь тоже видна.
Демон силён. Он сильнее меня тысячекратно, если не больше. Однако, если мне потребуется его убить, я сделаю это. И в этом наше с ним различие. Он – воин. Я – убийца.
