Третья итерация плавильной печи с задачей справилась. По началу я как дурак сидел и пытался дуть в трубку, однако быстро понял, что надолго меня не хватит. Пришлось бегать в деревню, одалживать швейный набор и превращать мою драгоценную волчью шкуру в меха. Но этого того стоило: через пару часов я достал из печи небольшой раскалённый кусок железа. Обрадованный достигнутым прогрессом, я начал выбивать из него всё дерьмо. Шлаки, имеется в виду. Было крайне неудобно делать это одному, мышцы быстро уставали и приходилось менять бьющую руку, да и возвращать заготовку в печь время от времени. Но я справился с первого раза.
Итогом целой недели работы стал железное лезвие и несколько оставшихся лишними небольших брусков железа, как в голову мне пришла идея. Я всё вернул в печь и раскалил нижнюю часть ножа — металлический стержень, который затем вставил в небольшую деревяшку. Раскалённый металл прожёг древесину, войдя внутрь как влитой. Дело осталось за малым — из деревяшки выстрогать себе по руке рукоятку и дело в шляпе.
Взяв щипцами один из брусков, я молотом придал ему форму металлического стержня, чтобы можно было делать то же самое с остальными деревяшками. Остудил стержень в воде. Вытащил второй брусок и стержнем выдавил стержнем металл по центру бруска. Вышел относительно ровный брусок с дыркой в центре — мой маленький молоточек. В хозяйстве инструменты лишними не бывают.
В тот день я проверил инструмент в деле — наточил нож и попробовал порезать им растения вокруг, наточить ветку и проткнуть мою любимую волчью шкуру. И у меня получилось, и нож всё ещё сохранял остроту. Молоточком постучал по камушкам, тот тоже не сломался.
Я ложился спать окрыленный перспективами. Серьёзного кузнеца из меня не выйдет, но сделать себе полный комплект инструментов меня хватит.
Этим я и занимался ещё две недели. Копал крицу, ловил рыбу и ягоды, пережигал уголь, сделал даже несколько плоских фляг для воды и пробки к ним. Обмотал его рогозовым полотном, вышла симпатичная поделка. А дальше… наконечники для копий. Один большой для основного копья и пара поменьше для метательных. Двадцать наконечников для стрел, рыболовные крючки, с которыми пришлось знатно повозиться, топор для рубки деревьев, плотницкий топор, нормальный молот, целую кипу лезвий для ножа и наделал просто кучу небольших слитков железа на продажу и обмен. На этом я остановился, потому что вещей скоро станет больше, чем я могу унести.
Пришлось опять переделывать рюкзак в сторону увеличения объёма. Он уже выглядел как примитивный туристический рюкзак на 90 литров. Сложил я в него и корзины все свои вещи и потопал обратно в деревню.
Мой лагерь уже успела облюбовать местная детвора, которая была крайне рада меня видеть. Договорились с ними о том, что они будут каждый день приходить и учить меня языку, за что через месяц получат от меня одно лезвие. Штука должна быть дорогая в это время, особенно для детворы.
Мой дом так и остался стоять нетронутым. Без огня внутри было вовсе невозможно разглядеть тайник под крышей. Туда я и сложил аккуратно свои металлические изделия. Места для шкуры не осталось, но кажется мне, что железо дороже будет. Взяв с собой нож и пару слитков, я двинулся в деревню.
Местные смотрели на меня с удивлением. Видимо, они думали, что я ушёл и не вернусь уже. С ещё большим удивлением они смотрели на мой новый нож. Первым делом я направился к пивовару. От мальчишек узнал, что звали его Карлом.
Участок его совсем не изменился. И сам он тоже был здесь — что-то носил из хаты в пивоварню.
— Эй, Карл, — окликаю я его.
— День добрый, Петер. Чего хотел?
— Пива хочу. Менять на железо, — он уважительно взглянул на мой нож и ответил: На нож что ли? Много будет.
Я достал из кармана маленький слиток железа.
— Руби, — протянул я ему брусочек и одну из своих фляжек.
Отрубил он четверть бруска и наполнил мою флягу пивом. Заодно поставил передо мной кружку.
— Бесплатно. Расскажи, откуда железо взял?
— Сам сделал, — отвечаю я ему.
— Меняешь?
— Еда. Долго хранить. Сумка кожа, — называю я ему свою цену.
— Четыре, — постучал он по бруску.
— Покажи, — в тон отвечаю ему.
Карл сходил в дом и в другой сарай и притащил мне вещи на обмен. Вяленое мясо, наконец-то нормальная сумка.
— Дело, — говорю я ему и протягиваю руку. Он отвечает мне тем же. Обмен свершился. Теперь помимо моего монструозного рюкзака у меня появилась приличного вида сумка. Оставалось совершить ещё один обмен.
— Карл, — зову я его.
— Что такое?
— Хороший одежда, ботинки кожа. Сколько?
Он прищурился и посмотрел на меня.
— Пятнадцать.
— Десять.
— Тринадцать.
— Дело. Ты ждать? — спросил я у него и добавил: — Четыре дня.
— Дело, — ответил он. Я подожду четыре дня.
На следующий день я записал новую порцию слов, собрал вещи и двинулся обратно на свой маленький железный рудник. Вяленое мясо я решил не трогать, потому что вся моя остальная еда была скоропортящаяся.
— Надо будет выменять у деревенских свежего мясо, — сказал я в пустоту. Попробовать закоптить или завялить его. С дровами теперь проблем нет, а вот мясо брать пока негде.