— Послушай, — Джери взял девушку за тонкое плечо, но тут же отдёрнул руку, — Ты самая удивительная девушка, которую я когда — либо встречал, в тебе столько добра, позитива, готовности помочь. Глядя на тебя, я понимаю, что этот мир ещё не совсем прогнил, благодаря таким людям, он ещё жив, мы ещё живы. И к тому же, ты самая…
Его слова утонули в сладком поцелуе. Нежная, тонкая рука обвила его шею, а Джери робко притянул худое тело к себе за талию.
— Синди! Эй, что там у тебя происходит? — вопрошал Бадди.
Но девушка сняла с уха блютуз, и засунула его глубоко в карман.
Бадди сидел за компьютером, в соседней комнате на него кричала мать, ругая за то, что он просиживает весь день за экраном монитора. Он подключился к камере слежения в больнице, и вся картина открылась прямо перед ним. Его любимая девушка целовалась на мягком диване с первым встречным парнем, которого знает пару часов. Ему было больно. Он чувствовал отчаяние, ревность, злость, раздражение, разочарование в себе, свою слабость характера. Соленый вкус почувствовал Бадди во рту, и на его глазах появились слёзы. Столько обиды он не испытывал давно, никакие унижения от сверстников, и упрёки матери не могли с этим сравниться. Первая мысль, возникшая у этого слабохарактерного человека, была о самоубийстве.
— Нам не стоило этого делать, — наконец, произнёс Джери, по окончанию их идиллии.
— Ты жалеешь? — удивилась девушка.
— Синди, понимаешь, ты очень хорошая, даже слишком. Ты совсем не знаешь меня, я не тот, кто тебе нужен, и я не тот, за кого себя выдаю.
— Ты готов рассказать?
— Не думаю, что стоит это сейчас делать, езжай домой.
— А ты?
— У меня больше нет дома, я — бродяга жизни, мой дом там, где есть крыша, и откуда не гонят. Я останусь здесь.
— Может, лучше поедешь ко мне?
— Робу угрожает опасность, я должен остаться с ним, прости, я тебя не держу.
— Тогда я тоже останусь, схожу за кофе, тебе принести?
— На твой вкус.
Синди игриво улыбнулась.
— Что значит: «их отпустили»?!
— Это значит, что Роберта Колина и Джери Барринтона выпустили из-под стражи.
— Как?!
— Вы прилетели сюда из Нью-Йорка, что бы устраивать скандал, офицер Вуд?
— Ты что, сопляк, как ты со мной разговариваешь?! Как их могли отпустить, они подозреваются в разбойном грабеже, и в убийстве полицейского, ты понимаешь? В убийстве копа!
— Поступил приказ сверху, не моя работа задавать вопросы, моя работа — исполнять приказы.
— Кто? Кто приказал?
— Мой начальник, а ему его начальник.
— Чёртов бардак! — Бенни ударил кулаком о стол.
— Это не моя забота, уходите, офицер Вуд, вы не в себе, иначе, мне придётся применить силу.
— Продажные копы, чёртовы копы!
— Не все такие принципиальные, как вы, офицер, хотя в наше время любая принципиальность измеряется в количестве купюр.
— Что? Ты хочешь сказать, что метя тоже можно купить?! — вспылил Бенни.
— Да нет, вас проще убить. Так и сделают те люди, которые освободили преступников.
— Найди мне их, понял? Найди Роберта и Джери, и как можно скорее!
— Автомат выдачи кофе стоит вон там за углом, — указал полицейский.
Бенни вздохнул, отправился к автомату. День не задался с самого утра, он так спешил в участок, хотел первым встретиться с преступниками, найти Перчатки, и тут такой провал. Ко всему прочему, он ужасно устал и не выспался, весь перелёт он не сомкнул глаз. Во-первых, он чертовски боялся самолётов, он просто категорически не мог доверять свою жизнь посторонним людям, таким как пилоты самолёта, например. Во-вторых, он всё обдумывал детали дела, сопоставлял факты, просматривал цепочки событий, надо признать, что он был гениальным следователем, способным мыслить не как все, а кардинально по-новому.
Автомат взял деньги, но выдавать кофе категорически отказывался, и тогда разъярённый Бенни принялся бить негодяя кулаком, привлекая внимание всего участка.
— Воюете с техникой? — добродушно поинтересовался высокий мужчина в пиджаке.
Первое, что оценил Бенни, это безупречную фигуру собеседника и его физически сильное и здоровое тело.
— Вечно он заедает, позвольте, помогу, — мужчина в пиджаке нажал на кнопку пуска сильнее, и послышалось жужжание работающего автомата, — Готово.
— Спасибо, — пробормотал Бенни, доставая пластиковый стакан и обжигаясь.
— Меня зовут Жуан Паулу Родригеш Алмейда, — соврал Сергей Глинов, представившись одним из своих любимых и сложных имён.
— Как, чёрт возьми? О Боже, что за имя такое?
— Я испанец, — улыбнулся Сергей.
— А, теперь понятно, откуда такой странный акцент. Я Бенни. Бенни Вуд, — офицер пожал новому знакомцу руку.
— Тяжёлый денёк? — поинтересовался Сергей, присаживаясь на диван.
— Да уж, эти копы уже всем продались, отвратительно, как прогнил этот мирок, — Бенни сел рядом, и отпил кофе.
— Прекрасный кофе, не так ли?
— Отвратительный.
— Вы ведь тоже полицейский?
— Но не такой гнилой, как эти, — Бенни бросил злобный взгляд на толпу офицеров, шумно обсуждающих его появление.
— Я думал все копы продажные.
— Так и есть, за редким исключением.
— Так что они натворили?
Бенни внимательно посмотрел в глаза Сергея.
