– Ты не понимаешь, – раздраженно бросил академик.
– Одна красивая женщина – хорошо, а две – лучше. Наука должна быть сексуальной! Это увеличивает ее эффективность. Кстати, ваши обнаженные в нужных местах тела будут еще одним доказательством, как тепло стало на берегу Северного океана.
– Я рада буду послужить науке, дорогой, – заверила Педрикуса Дисконти.
– Что-то ты слишком много стала мне льстить, – неожиданно подозрительно заметил академик. – Несколько дней назад я видел тебя в обществе генерала Мерзлякова. Вы с ним о чем-то интимно шептались на свежем воздухе. Ты мне случайно не изменяешь?
– Не шути так, дорогой, – голос Дисконти стал еще нежнее и слаще, хотя это казалось почти невозможным. – Генерал – наш старый деловой партнер. Он инвестирует средства в гоморрскую недвижимость, и ему хотелось узнать мое мнение по некоторым щекотливым финансовым вопросам.
– Смотри у меня! – ревниво пропищал ученый старикашка. – Я выбрал «Свободную Дендрарию» для сопровождения этой экспедиции исключительно из-за тебя. Конечно, у вас выгодные расценки и хорошие связи с тем же Мерзляковым… но средства на проект «Канут» выделяет правительство, и я могу распоряжаться ими, как захочу. Тендер выиграла бы другая компания, если бы не наше знакомство. С тобой я снова почувствовал себя молодым. А это дорогого стоит!
– Ты не будешь разочарован, милый! – страстно ответил женский голос.
После этих слов парочка явно перешла от разговоров к делу. Послышались похотливые стоны и характерные вскрики, изредка прерываемые репликами типа: «Вот так, детка, вот так! Боги, какая попка!»
Киру стало противно, и он вытащил наушник. «Надо же, какой темперамент у старого козла, – подумал он. – А ведь согласно официальному досье ему уже шестьдесят шесть лет. Обычно в этом возрасте уже ничего не встает!»
Как и рассчитывал Кир, подслушивание соседей дало ему немало любопытной информации. «Интересно, почему ауты скрывают правду о глобальном потеплении? Конечно, урезание квот на добычу нефти может быть выгодно топливно-энергетическим корпорациям типа «Хартленд Оил», но экономика Империи в целом от этого только страдает. Не может быть, чтобы Дарий III, премьер Дворфин и все правительство обслуживали исключительно интересы нефтяного лобби!» Поймав себя на таких крамольных мыслях, Кир разочарованно вздохнул. Он случайно узнал государственные тайны, но так почти ничего не выяснил о Елене-младшей и ее муже.
«Педрикус хочет, чтобы обе Елены были на его шоу, – размышлял юноша. – Значит, мне имеет смысл тоже прийти туда. Может быть, удастся встретиться с Еленой наедине, без ее матери и тем более – мужа. Я скажу, что давно люблю ее, что я теперь наследник графства, и что МакГрегор для нее совершенно неподходящая пара».
Весь следующий день Кир провел в безуспешных поисках своей несостоявшейся возлюбленной. Он снова заходил в Гидрометцентр, а потом поднялся на вершину мегадамбы, где стал свидетелем очередного этапа научной работы Педрикуса. Знаменитый академик лично руководил спуском в океан небольшого батискафа, место в котором занял ненавистный Киру Арнольд МакГрегор. «Чтоб ты утоп!» – искренне пожелал вор бывшему однокласснику, но меньше через час тот благополучно выбрался на свежий воздух в сопровождении управлявшего подводным аппаратом техника. Академик немедленно бросился отсматривать добытый МакГрегором видеоматериал и, судя по радостным возгласам, остался доволен.
О Кире подобного было сказать нельзя. Елена-младшая так и не появилась, но он удостоился нескольких подозрительных взглядов со стороны ее мужа. Впрочем, мускулистый гигант сделал вид, что не знаком с Киром, и быстро куда-то исчез. Ворсмит подозревал, что тот спешит к своей жене, но выслеживать Арии не решился.
«Мне бы только поговорить с ней наедине, – убеждал себя Кир. – Не может быть, чтобы Елена действительно любила эту обезьяну. Просто так сложились обстоятельства, она испугалась и растерялась после гибели отца. Я дам ей надежду». Однако в глубине души Кир понимал, что он почти ничего не может реально предложить Елене. Даже если она действительно его любит (что сомнительно), пытаться вдвоем бежать с базы было бы безумием. Конечно, Елена могла остаться здесь, но в качестве кого? Секретаря Главного метеоролога? Возможно, командующий Мерзляков был бы не против такого поворота событий, но вряд ли это привело бы в восторг саму Елену. А оставался еще отец Кира, которому наверняка не понравилась бы связь наследника с дочерью убитого им любовника-оруженосца. Не исключено, что граф Ворсмит расценил бы Елену как потенциальную опасность и приказал убрать ее.
Тем не менее, юный аристократ продолжал надеяться. «Даже если Елена не захочет остаться со мной, мы могли быть вместе здесь и сейчас. Хотя бы один раз! – разжигал свою страсть Кир. – Любить такую женщину – уже величайшее счастье в жизни! А в будущем кто знает…»
