— Типун тебе на язык, командир, — пробасил из машины Мельник, — это я насчет ареста. Во мне одно это слово, в любом контексте и сочетании вызывает бурю негодования, отторжения и несогласия.
— Эк, ты завернул, Цицерон. Спиши фразу. Выучу наизусть… Ну, где ваш Корзун или, как там его? — Сергеев устало оперся на опущенный шлагбаум.
…— Ну, слава Богу! Наконец-то. Сергей Сергеевич… — Корзун появился в сопровождении двух охранников и капитана Болотова, развел руки в стороны и, с радушной улыбкой приветливого хозяина, направился к Андрееву, — Сержант, почему не пропускаешь офицера на территорию или тебе нужен его пропуск?
— Так Вы же…
— Молчать! — рявкнул Корзун, — Вы будете наказаны. Открывай шлагбаум. О! Знакомая машинка. Где же вы добыли этот трофей?
— Простите, с кем имею честь?… — Сергеев внимательно осматривал офицера с ног до головы.
— Ах, да. Майор Корзун, временно исполняющий обязанности коменданта лагеря… Так что же произошло?
— Да вот, какие-то парни на джипе интересовались, кто мы, да откуда. А нам транспорт нужен был. Все не поместились. Пришлось троих оставить на второй рейс, а старшего, чтобы потом дорогу нашел, на всякий случай, с собой прихватили.
Лежащий на полу, связанный Степан, дернулся, и что-то неразборчиво промычал. Рот был забит его собственной кепкой.
— Правду говорят, что Вы, как птица Феникс, восстающая пепла. И в военном искусстве вам нет равных. Это были мои лучшие бойцы. Собственно они вас искали, по моему приказу, чтобы помочь при случае. Я отправил несколько таких патрулей. Вот этим — повезло… Если можно так сказать… Да и черт с ними, Аники-воины… Сержант, развяжи этого дуремара, пусть отправляется за своими недоумками, если их еще звери не сожрали.
— Майор, у меня раненый. Ему бы в госпиталь.
— Нет проблем… Болотов! — капитан мгновенно оказался рядом. — Позаботься о людях майора Андреева. Сделай все необходимое и, даже, больше. Сергей Сергеевич, прошу ко мне. Расскажете о своих приключениях или желаете, для начала, себя в порядок привести?
— Не мешало бы.
— В таком случае, лейтенант Шанцев проводит вас. Все, что будет нужно, он незамедлительно сделает и предоставит.
— Да что ж я, дитя малое? В собственном лагере не разберусь, что к чему? Не надо мне провожатых… Или соглядатаев?… — Андреев задал неожиданный вопрос и пристально взглянул на Корзуна. Тот на секунду замялся.
— Нет, что Вы. Просто, пока вас не было, здесь, кое-что изменилось. Много новых людей, которые вас еще не знают. Одним словом, чтобы не возникло ненужных эксцессов.
— А что, собственно говоря, произошло?
Корзун фамильярно похлопал Сергея по плечу.
— Завтра, майор. Завтра, с утра Вы все узнаете. А сейчас не забивайте себе голову. Отдыхайте. Набирайтесь сил.
— Майор, я стесняюсь спросить, а где полковник Зимин? Почему я не вижу своего командира?
— …М-м… Он временно отстранен от командования, в соответствие с полученными мной инструкциями. Но завтра, обещаю, Вы его увидите и пообщаетесь с ним.
Андреев неопределенно пожал плечами и нахмурил брови.
— Саид, топай с Мельником в лазарет, — распорядился он, — Пусть его осмотрят. Если все в порядке, забирай его и — ко мне. Будет лечиться амбулаторно. У нас — казарменное положение.
— Я в норме, командир. Могу, хоть сейчас… — подал голос Игорь.
— Все. Разговор окончен, — оборвал его Андреев, — Саид выполняй.
— Есть, командир.
Саид завел двигатель и тронулся с места. Капитан Болотов уже на ходу вскочил на подножку джипа.
— Ну, и я пошел, майор, — не оборачиваясь, бросил Сергей, — поводыря не надо.
Корзун стиснул кулаки и заскрипел зубами.
— Кстати, Сергей Сергеевич, — едва сдерживая гнев, вдогонку спросил он, — Вы нашли то, за чем ходили в рейд?
— А зачем я ходил в рейд? — насмешливо ответил вопросом на вопрос Андреев.
Корзун открыл было рот, но Сергей не стал продолжать разговор развернулся и твердым шагом направился в лагерь.
Андреев шел к своей палатке и осматривался по сторонам. Вроде бы все — то же, что и было раньше, но какое-то чужое: лица, взгляды. Нет привычной, упорядоченной суеты боевого подразделения. «Как тараканы. Избегают открытых мест и норовят быстрее забиться в любую щель. Прямо не Корзун, а Пиночет какой-то. Устроил здесь диктатуру „черных майоров“, — Сергею не терпелось, как можно скорее увидеться с Зиминым, но он решил не торопить события, — За одну ночь полковнику хуже не станет. Зато, своим посещением, легко можно ему навредить. Да и утро вечера мудренее».
Шульц сидел у затухающего костра и задумчиво смотрел на горячие красные угли. Разворошив их прутом, бывший начальник личной охраны «великого и ужасного» Гонсалеса, подбросил немного хвороста. Языки пламени жадно лизнули «добавку» и взметнулись вверх. Отраженные в линзах его пенсне, они придали экс-секьюрити зловещий, дьявольский вид посланца преисподней…
