Герметичного и легко моющегося мешка, куда можно было бы сложить столь объемные трофеи, у меня с собой не было. Как-то не подумал я о таком развитии событий, хотя казалось бы должен был, ведь направлялся на охоту…Может и правильно эти инопланетные поганцы мой интеллект посчитали не слишком высоким. И каких-либо крупных палок в зоне видимости не имелось, а к единственному в зоне видимости дерева соваться было страшновато. Уж слишком много останков добычи мелькавшей в кроне рептилии там лежало. Пришлось извращаться с теми материалами, которые имелись под рукой. Нанизав более или менее крупные куски птичьего мяса на веревку, а её в свою очередь прицепив к парочке очищенных от лишней плоти и протертых об траву длинных костей поверженного монстра, я закинул получившееся убожество к себе на плечо на манер коромысла и пошел по направлению к дороге. Если повезет, можно будет поймать попутку. Правда, для одинокого путника шанс вляпаться в неприятности тоже есть, но он невелик. В разы меньше возможности оказаться сожранным какой-нибудь шальной тварью. По словам Коновалова в городе, несмотря на некоторую анархичность, очень недружелюбно относятся к работорговцам, людоедам, любителям человеческих жертвоприношений и просто разбойникам. И, если есть хоть малейшее подозрение в чем-нибудь таком, то зовут одного из живых полиграфов, купивших себе способность узнавать правду человек говорит или нет. А потому грабители тут не приживаются, оканчивая свои дни в расстрельном рву или с петлей на шее. Ну, или обзаводятся способами хранить свою неприглядную деятельность в секрете, но для тех кто развился до подобных величин чтобы позволить себе столь узкоспециализированный дар, одинокий человек с автоматом — не того калибра цель, чтобы хоть пальцем пошевелить. Преступники высшего класса могут быть трижды жестокими и алчными мерзавцами, но они не идиоты, ведь дураки на их работе просто не доживают до высоких ступеней карьерной лестницы. И потому будут вести себя как паиньки вплоть до тех пор, пока у них не появится возможность сорвать большой куш и либо подставить кого-то под удар правосудия вместо себя, либо смыться как можно дальше.
Как назло транспорта, идущего в нужную мне сторону, по дороге не ехало. Ну, если одинокого велосипедиста не считать, но проситься к нему в попутчики было глупо. Особенно если учесть, что багажник и так был занят большущим мешком, с которого на землю капала темная жидкость. Видимо тоже охотник. Зато вот в обратную сторону прошло целых три каравана, в самом маленьком из которых было семь машин и иных транспортных средств, а в самом крупном едва ли не полсотни. И еще с десяток одиночек или небольших групп, представители которых проходились по мне безразличным взглядом, прежде чем продолжить путь по своим делам. Большинство путешественников являлось людьми вполне привычного мне вида, доля представителей иных народов или рас составляла процентов пятнадцать-двадцать. В данный район Тартара свои живые игрушки инопланетяне забрасывают не в одинаковой пропорции? Или все дело в банальной ксенофобии, преодолеть которую можно, но для этого серьезная причина нужна?
К моему удивлению границ города удалось достигнуть даже раньше, чем солнце окончательно скрылось из виду. Сначала я подумал, что неверно оценил расстояние до него, но потом вспомнил, что практически весь путь проделал быстрым шагом, который вполне мог бы позволить обогнать бегущего трусцой. И не запыхался даже через несколько часов такого марафона. По всей видимости, мой организм из-за наличия в нем инопланетного симбионта начал меньше уставать. Само по себе это было вроде как и неплохо, но от осознания подобных перемен в своем теле сильно хотелось материться. Вот только стража, стоящая на воротах, этого бы не поняла.
Город оказался окружен по периметру пятиметровой стеной, за которой вздымались вверх здания, принадлежащие разным архитектурным стилям…Или отсутствию оных. Часть строений несла на себе следы многочисленных ремонтов и перестроек, некоторые выглядели откровенно покосившимся. Ворота, ныне распахнутые, караулил ржавый танк незнакомой конструкции с двумя крохотными башенками, пара пулеметных расчетов и великан с двуручным мечом, подобный человеку во всем кроме своих размеров раз эдак в семь обгоняющих норму. В качестве шлема он носил трехрогий череп неведомой страхолюдины, с которого на многочисленных цепочках свисали сушеные человеческие головы. Ну, здравствуй, цивилизация!
