Путь мой лежал в сторону резиденции одного из местных пусть не олигархов, но как минимум столпов общества, по имени Хасан. Вернее, сам он со мной общаться бы вряд ли стал, но вот его многочисленные служащие были бы очень рады посетителю или как минимум нацепили бы лица дежурные улыбки, спеша выполнить любую его просьбу. В конце-концов, работа у них такая. Очень престижная и уважаемая по местным меркам: оружием торговать. Патроны к автомату у меня, конечно, еще есть в достаточно количестве, но надо заранее узнать есть ли замена им в наличии и сколько она стоит. А то может последний довод в виде огнестрельного оружия только для разборок с могущественными мутантами придерживать придется, а зомби и прочих рядовых тварей дешевле окажется из какого-нибудь арбалета многоразовыми стальными болтами расстреливать. Найти гостиницу я еще успею, все-таки отель, закрывающий свои двери с наступлением темноты — это нонсенс, вряд ли возможный даже в этом сумасшедшем мире, а вот остатки светлого времени суток стоило бы потратить с пользой. Чем больше времени уйдет сейчас на то без чего не обойтись, тем меньше буду отвлекаться потом по пустякам от поиска племянниц.
Приметное издалека слегка покосившееся четырехэтажное здание с куполообразной крышей и высоким шпилем, на конце которого вяло крутил лопастями ветровой генератор, на мой взгляд больше походило на крепость, чем на нормальный магазин. Окон оно не имело, если не считать расположенных метрах в трех от земли тонких щелей, зато стены украшались намалеванными на них ружьями, пистолетами, копьями и мечами. Видимо вывески с надписями в столь разнородном обществе особой популярностью не пользовались, поскольку далеко не все смогли бы буквы прочитать. Рядом с крохотной дверцей дежурил вооруженный двумя длинными полуторными мечами охранник в черном балахоне с капюшоном, заставляющим вспомнить одеяние японских шиноби, к тому же вход внутрь можно было перекрыть двумя решетками, одна из которых опускалась с внешней стороны, а одна с внутренней. Протиснуться внутрь через них было нельзя, а вот штурмующих расстреливать можно. Цепкий взгляд секьюрити скользнул по моей перепачканной грязью и кровью одежде, прошелся по требующей некоторого ремонта кольчуге и висящему на груди автомату, а после снова перешел на снующую по улице толпу народа. Очевидно, я более или менее соответствовал тому типу людей, которые приходят в данное заведение не просто так, а по делу.
Войдя внутрь я неожиданно оказался в маленькой комнатке, откуда было целых три двери. Налево шел зал, чьи стены были увешаны разнообразным холодным оружием, от ножей и до алебард больше человеческого роста. Прямо перед носом открывались стеллажи, заставленные арбалетами, луками, дротиками и кажется духовыми ружьями. И только справа виднелось под стеклом витрин то, что более или менее являлось современным оружием.
— Патроны для автомата Калашникова есть? — Обратился я к продавцу в данном отделе, которым оказался смугловатый мужчина лет сорока на вид, одетый в точно такой же балахон, как и на охраннике.
— Обижаешь, дарагой, — ответил он мне на вполне понятном русском языке, пусть и с характерным горским акцентом. — Куда ж без них? Есть обычные, есть трассирующие, есть даже немножко особых монстробойных с добавлением каких-то ядовитых негорючих солей, что любую чупокабру с копыт за три секунды свалят. Вот только первые две разновидности есть фирменные, а есть самопал, но вот отравленные — только местного производства. С бронированными тварями ими надо аккуратней работать, в мягкие места целить, а то отскочат лишь без толку и эффекта не будет.
— И сильно переснаряженные на местных заводиках патроны фирменным уступают? — Уточнил я, доставая из кармана пятерку колючих радужных шариков, по самой своей природе являвшихся универсальной валютой Тартара, которой не грозит никакая инфляция. Ну, во всяком случае до тех пор, пока цивилизация засунувших меня сюда пришельцев не передохнет или хотя бы не откажется от своего любимого кровавого спорта. — Мне, пожалуй, ядовитых. Проверю, насколько хорош ваш товар.
— Убойная мощь пониже, тут уж ничего не поделаешь. Когда процентов на двадцать, а когда и на все тридцать пять, от партии зависит. — Продавец сноровисто покатал оплату между пальцами, видимо оценивая размер и, соответственно, выходпраны. — Пять к одному курс дать могу, больше никак. Кого хочешь спроси, дарагой, Ахмед никогда цены не задирает.
— Хватит для пробной партии, — не стал спорить я. Если окажется, что отравленные патроны нормальным по эффективности особой форы не дают, то черта лысого еще раз приду сюда закупаться. — А по гранатам как?
