— Я запишу, — обещаю опекуну.
Как подвиги Лангботтома уже всех перестали удивлять, так и мои похождения стали в Хогвартсе чем-то привычным. Среди студентов была приблизительно такая реакция на стычку: Избил третьекурсника? Тот попал в Больничное крыло? Идиот! Зачем на Поттера стал надираться? Того сам Пивз боится!
За ужином я демонстративно, напоказ, раскрыл на столе толстую тетрадь в солидном кожаном переплёте. Не пожалел купленную в волшебной лавке, они более представительные, чем магловская канцелярщина. Витиевато начертал на переднем форзаце «Книга врагов», а на первом листе вывел «Ангус Мэтлок», сегодняшнее число и обстоятельства нападения.
— Зачем это тебе? — поинтересовалась сидящая рядом Мораг.
— Понимаешь… — отвечаю по устоявшемуся шаблону: — Я не злопамятный, просто злой и память у меня хорошая. Но вдруг забуду? А о своих врагах надо помнить всегда.
— Зачем? Драка — мелочь.
— Для тебя? Пожалуй. А мне лучше бы такое помнить. Представляешь? Лет через двадцать, сижу я в клубе, курю сигару, и тут приносят проект какого-нибудь решения Визенгамота. У меня же там два кресла — Поттеров и Принцев. Конечно, интересуюсь у доставившего бумагу: «В пользу кого резолюция? Мэтлока? Мои голоса против — в октябре 1991 года он на меня напал. Я тогда еле отбился.»
— Извини, подруженька, — вмешалась в разговор Мэнди, — тебе этого не понять. Не обижайся, но ты безродная шавка, тебя во враги не запишут. Если что, просто походя пришибут. А среди чистокровных обычаи другие!
Пусть и сказано «не обижайся», глаза Мораг полыхнули злобой. Мало кому понравится эпитет «шавка» в собственный адрес. Я не удивлюсь, если и у МакДугал появится своя книга врагов. Только демонстрировать она её не будет.
Мне же такой демонстрацией захотелось показать окружающим, что следую принципу «никто не забыт, и ничто не забыто». В следующий раз желающий самоутвердиться за мой счёт хорошенько подумает — надо ли ему наживать себе врага на всю жизнь или оно того не стоит. В любом случае, факультетские нормально отреагировали на мою демонстрацию. Правда, чуть позже Чжоу Чанг, заявила:
— Поттер! А ведь ты у нас оказывается чрезвычайно мстительный тип!
Отвечаю ей:
— Не я такой, жизнь такая. И не мстительный я, а справедливый. Как там маглы говорят? Каждому воздастся по делам его?
— У нас один мудрец сказал: «Истинно просвещенный человек никогда не воюет.»
— Так-то просвещённый! Посмотри на меня — разве я похож на такого? Я вообще только начинаю учиться чему-то полезному.
— Но всё-таки нет проблем, которые нельзя решить миром.
— Как же — как же! Только твой же мудрец заявлял: «Даже если меч придётся применить лишь раз в жизни, он стоит того, чтобы носить его всю жизнь.»
— Гарри! Я поражена в самое сердце! Ты-то откуда Лао Цзы знаешь?!
— Недостатки магловского воспитания. Тлетворное влияние манги, аниме и разных прочих ранобэ, если ты понимаешь, что я имею в виду. Они хоть большей частью японские, но и американо-китайских мангак среди них хватает. Пока смотришь, волей-неволей много чего нахватаешься. Кстати, Лао Цзы оставил столько цитат, что не так сложно подыскать среди них подходящую к любому случаю. И с одной, и с другой стороны. Обоснуешь что угодно. При желании это просто.
— Ага! Особенно британскому волшебнику!
— Конечно! Были времена, когда над Британской империей не заходило солнце. Вот потому мы все такие эрудированные.
С вечера среды Уейн Хопкинс стал готовиться к завтрашнему Хелоуину. Праздничный пир начнётся вечером, и никто даже не думал отменять обычные уроки. Собираться в спешке последнее дело, после обеда будет трудно оторваться от ребят, а потому стоило приготовиться с вечера.
Ожидается нападение тролля. Тварь сильная и крепкая, потому маленький вальтер не годится. Калибр никакой, пули мелкие. Ими вообще кого-то убить можно? Разве что крысу, и то попробуй попади. Соответственно пистолет остаётся в тайнике.
Уейн, пользуясь знаниями, полученными на уроках в разведшколе, организовал себе такой в уединённом коридоре. Там ещё спрятаны шифроблокноты, бумага для тайнописи, методички и прочее шпионское снаряжение, включая зарплатную мастер-карту.
А вот обрез и патроны к нему сейчас лежат в сумке. Патроны взяты не все — только по паре с картечью и пулей бренеке.
Один раз выстрелить, перезарядиться и вновь выстрелить. Если тролль не ляжет, придётся бежать. Хотя понятно, что вторая зарядка это перестраховка. В ковбойских боевиках одним выстрелом из дробовика складывают настигающего дилижанс бандита, вместе с лошадью. Одной пули в грудину хватает медведю гризли, уж он-то точно размером не меньше любого тролля. А тут четыре выстрела почти в упор. Обрез, уже заряженным, будет подвешен на брезентовой петле под мантию, так что от решения стрелять до выстрела пройдёт всего пара секунд.
