И если пиджак я, как оказалось, успела с него когда-то стащить, то вот рубашку испортила, так как отметку ставила прямо сквозь ткань. Оборотень на мои действия зарычал громче. Переулок буквально затопило пронизывающим воздух возбуждением, смешанным с новым выбросом силы альфы огненного клана. А ещё послышался треск джинсовой ткани и…
— Кхм… Я, конечно, всё понимаю, — раздался весёлый голос Верховного рядом с нами, — но вы бы хоть в машину, что ли, сели. Оливейра, ладно, ты, но на девочку же тоже смотрят.
В общем-то, я от замечания родственника резко пришла в себя и покраснела. А вот Рафаэля нисколько не проняло. Словно и не слышал.
— Рафаэль… — позвала его, шумно втянув в себя воздух от ощущения его горячих ладоней на моих обнажённых ягодицах.
Мозги снова понемногу стали наполняться туманом, затмевая реальность.
В тот же момент вокруг разлилась очередная волна альфы. На этот раз от Верховного. Буквально пригвоздила к месту, отчего я вся сжалась и заскулила, признавая силу главнейшего из нас. Оливейра же лишь слегка отстранился, продолжив удерживать меня в прежнем положении. Спустя несколько секунд он шумно сглотнул, уткнувшись лбом в кирпичную кладку. Так и не отпустил. Какое-то время не шевелился вовсе. И только по истечению минуты вернулся в реальность.
— Спасибо, — произнёс глухо в адрес чёрного волка.
А я всё это время неотрывно смотрела на его плечо, думая о том, что, кажется, вот теперь уже точно попала. Не отвертеться. Не уйти.
— В своём уме? — поинтересовался тем временем Верховный, силой альфы притянул упавший пиджак огненного волка и подал нам.
Вещь Рафаэль взял, предварительно поставив меня на ноги. Правда, так и не отпустил, придерживая за талию одной рукой, а другой заботливо укутал в одежду.
— Почти. Да, — неопределённо отозвался он на слова О`Двайера.
Ага… Он-то да… А вот я…
А я только сейчас начала понимать, что сотворила.
— Вот же мра-ак, — протянула с обречённым стоном, прикрыв глаза.
Хотела разорвать помолвку? Вышла замуж.
Хотела держаться от Оливейра как можно дальше? Отметила его как пару.
Страшно представить, что будет дальше!
— Кстати, помимо переулков, ещё на колесе обозрения можно прокатиться, — бросил насмешливо Верховный, уходя. — Хотя переулки — это уже как классика, — добавил мечтательно, сказала бы.
По сути, кроме нас троих, да водителя, ждущего в автомобиле, никого и не было больше. И всё равно я снова покраснела от откровенных намёков родственника и опустила взор к ногам, кутаясь в пиджак… своей пары.
Луна!
Оливейра теперь моя пара!
И не знала, как к этому относиться…
— Отвезу Ангелину в отель, потом вернусь, — невозмутимо отозвался тем временем Рафаэль, наконец, сдвинувшись с места.
И меня за собой к машине потащил.
— Сдался ты мне тут, — фыркнул чёрный волк. — Без тебя разберусь. Только время потеряешь здесь. Лучше жене внимание удели. Одежду вон сходите, купите, — махнул рукой и направился ко входу в офисное здание.
— Но это моя проблема. Не ваша, — остановился и открыл заднюю пассажирскую дверцу, банально запихнув меня в салон, а сам остался на улице, глядя вслед уходящему оборотню.
— Да-да, конечно, твоя, — нисколько не проникся словами Рафаэля О'Двайер. — Считай, я дал тебе великое дозволение свалить, и всё такое, раз тебя это так заботит, — скрылся внутри здания, не дожидаясь ответа.
Послышался тяжёлый вздох. Огненному волку такой расклад был явно не по душе. Он простоял снаружи ещё не меньше минуты, определённо размышляя о том, как поступить дальше. Но в итоге всё же уселся рядом со мной, приказав водителю ехать в отель. На некоторое время между нами воцарилось молчание. Я искоса то и дело поглядывала на Рафаэля, но заговаривать первой не решалась.
Интересно всё же, что он думает по поводу моей выходки. Вряд ли ожидал с моей стороны такого поступка. Да я и сама не ожидала от себя подобного. А ещё… надо бы, наверное, признаться о сути своей силы. Только вот с чего начать, не знала.
— Я постараюсь так больше не делать, — проговорила по итогу виновато. — Я не собиралась… просто… оно как-то само собой получилось, — вздохнула уныло. — Обычно я лучше себя контролирую.
— Глупости не говори, — неожиданно сурово произнёс Оливейра.
Вопреки тону, притянул к себе довольно бережно. Обнял и уткнулся носом мне в макушку, глубоко вдыхая.
— Ты только папе не говори, ладно? — попросила совсем тихо. — Он ругаться будет, — прижалась к нему ближе уже сама, облизнув украдкой губы, пропитанные кофейной горчинкой, смягчённой апельсиновой ноткой. — Мне не разрешают пользоваться этой особенностью.
— Особенностью? — удивлённо переспросил Рафаэль.
— Да, — ответила осторожно, мысленно подбирая дальнейшие слова для пояснения. — Что-то вроде дара, как у мамы. Братья называют его даром Сирены, — хмыкнула, вспомнив тех, о ком упомянула. — Я умею соблазнять голосом. От обычного расположения к себе до вот такого… как сегодня. Правда, я не думала, что так выйдет. Я вообще не собиралась применять. Оно само собой вышло, — тяжело вздохнула. — Я планировала тебя только подразнить.
Ох, надеюсь, он не обидится…
