Не обиделся. Хотя и отреагировал спустя долгую паузу.
— Отцу твоему, так и быть, не скажу, — хмыкнул, отстранившись от меня, и обхватил пальцами за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза. — Но при одном условии, — показательно замолчал, ожидая от меня ответной реакции.
— Каком? — насторожилась тут же.
Вот не умеет он без условий жить!
— Ты пообещаешь мне больше никогда и ни к кому не применять свой дар в подобном ключе, — снова замолчал, а на губах расплылась лукавая усмешка. — Ну, за исключением меня. Да и то, желательно не в общественных местах.
— Я и не собиралась, — укорила его. — Даже к тебе.
— А мне понравилось, — странно задумчиво протянул, отвернувшись к окну.
— Оно всем нравится, — хмыкнула, вспомнив, как родственников плющило.
— Об этом я уже и сам догадался, — мрачно отозвался оборотень.
А объятия, из которых меня так никто и не выпустил, усилились в разы.
Вздохнув, мысленно выругалась на саму себя за слабость, но перелезла на колени к Огонёчку.
— Он открылся в мои тринадцать, — приступила к рассказу, попутно запустив пальцы в его волосы. — Я тогда, уже не помню, что выпрашивала у папы. Кажется, поездку в Москву, — стала припоминать события того дня, перебирая огненные пряди. — Да, в гости к дедушке с бабушкой. Папа отказывался. И вдруг такая подстава. У нас тогда ещё гостили близнецы с Анькой. Аня — это пара моих братьев, если ты не знаешь, — внесла уточнение. — В общем, пробрало всех, — фыркнула насмешливо. — Знаешь, такая минутная пауза, когда они все переваривали произошедшее… — снова рассмеялась. — Братья сбежали первыми. Родители продержались ещё мгновение, пока я снова не заговорила, — тут я поморщилась. — В общем, папа тогда долго к нам на остров вообще никого не пускал. Даже когда я научилась контролировать голос, не сразу позволил мне общаться с братьями. Ещё б Доминика это остановило, — припомнила былое с улыбкой. — Ему по приколу было заставлять меня на нём отрабатывать эти возможности. Тогда он мне показал силу своего очарования, кстати, — уткнулась носом в плечо Рафаэля, чтобы тот не видел, как я смутилась. — Эх, и досталось ему от папы за это… — протянула с весельем, обняв оборотня за шею.
Оливейра и на этот раз не спешил выказывать то, как относится к моему откровению. Явно переваривал. Или выводы делал. Кто ж поймёт, что творилось в его голове?
— Расскажешь потом подробнее, хорошо? — сказал по итогу.
Автомобиль между тем остановился перед входом в отель. Водитель сразу же покинул салон. А вот мы остались.
— Что именно? — посмотрела на него с интересом.
Не про мои же ощущения на дар Доминика спрашивал?
— Всё, солнечная моя, — улыбнулся ответно Рафаэль. — Я хочу знать о тебе всё.
— Ну, могу сказать одно, — задумалась. — Наши с Домиником возможности довольно схожи. Его очарование действует примерно так же, как мой голос. В общем-то, он потому и мучил меня с этим даром. Сравнивал. А в остальном мне нечего рассказывать. Что на острове может быть такого? — хмыкнула. — Знай себе: спи, ешь, плавай, да учись. Вот и вся жизнь.
— Хм… — последовало скептическое.
Но если оборотень и собирался добавить что-либо, то всё равно бы не успел. Дверца машины открылась, а вернувшийся водитель быстренько затараторил в докладе о том, что периметр взят под контроль.
Ещё один перестраховщик на мою голову.
Хотя на этот раз действия не лишены логики, после произошедшего в ресторане.
А ещё зря я, наверное, рассказала Огонёчку о своём даре. Мало было попытки похищения, теперь, узнав об этом, вообще никуда одну не пустит…
— Ты же меня не запрёшь на каком-нибудь острове, как папа, да? — поинтересовалась настороженно у Оливейра, отстранившись.
— Ммм… ты знакома с женой Верховного? — зачем-то задал встречный вопрос, вместо того, чтобы ответить на мой.
— Не очень хорошо, — сказала как есть. — А что?
— Как часто она разгуливает отдельно от Йена О`Двайера? Или, например, та же Селена без Дем… Доминика? Или мама твоя без своей пары?
Так вот к чему всё.
— Ну, ясно… — протянула немного язвительно. — Может, я тогда и дальше продолжу жить на нашем семейном острове? Разницы никакой. А мама вообще никуда не ходит. Её папа тоже не больно в мир выпускает с острова, — сложила руки на груди, отвернувшись.
Далее дверца автомобиля вновь закрылась. Уже с подачи самого Рафаэля.
— Я не говорил о том, что запру тебя, — мягко проговорил оборотень. — Но и… Ты же понимаешь, что отпустить тебя одну куда-либо я тоже не могу? Не могу и не хочу, если уж быть честным. Такой уж я, какой есть, — развернул меня к себе лицом. — Не повезло тебе, — закончил с фальшиво прискорбным вздохом.
И даже умудрился состроить виноватую физиономию!
Я прям восхитилась! Честно!
— А вот брат Доминика — Александр свою пару отпускает одну! — вспомнила младшую дочь Верховного. — Она даже работает в посольстве!
Альфа снисходительно улыбнулся.
— Отпускает? — передразнил насмешливо. — Совсем-совсем одну, без какого-либо присмотра? — уточнил, едва сдерживая смех.
И смеялся он сейчас явно над моими умственными способностями.
