Никогда до этого дня я не видела Да-Дегана таким. Ни единого раза. До этого момента он словно бы плыл по течению и казался мне замороженной мумией, ошибкой природы, бледной молью, не совсем рожденным.
Кровь прилила к щекам, подумалось — лучше бы и дальше он сидел, не высовываясь из своей норы, чем вот так отчаянно ставил на карту собственную жизнь.
Я же не смогу… не смогу ему ничем помочь — мысль металась, билась, искажалась, а меня трясло, словно в лихорадке.
Пальцы Арвида до боли сжали мое плечо, я услышала сорвавшееся с губ Равэ Оканни крепкое и не вполне приличное словцо, то как охнул Гайдуни, и заметила как он, словно устыдившись, непроизвольно опустил голову.
— Арвид, как-нибудь можно отменить эту нелепую дуэль?
— Нет.
И снова в который уже раз лицо Фориэ исказилось, словно от боли. Она остановилась, перестав кружить по комнате, посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Рокше, мотнула головой, словно пыталась удержать слезы и отошла к окну.
— Если бы я мог помочь, Фори, — бессильно прошептал я. — Если бы я только мог…
Она кивнула. В окне отразилось, как дернулись губы, сложившись в горькую усмешку. Узкая ладонь коснулась стекла, словно она искала опоры.
— Не хороните своего друга раньше времени, — произнес я не в силах молчать, пытаясь ее утешить, и понимая, насколько неуклюже и неуверенно это звучит, добавил: — Говорят, Судьба любит дерзких.
— Дагги? Дерзок? — у нее дернулся уголок рта, и Фориэ снова сорвалась с места, закружилась по комнате, расхаживая из угла в угол. — Вы его не знаете, Арвид. Он мечтатель, тихоня, чудак. Бесполезное существо в вашем бурлящем мире.
— Это его выбор, — встрял рыжий. — Его выбор и его решение.
Фори резко обернулась, хлестнула Рокше взглядом, но сдержала себя, промолчав.
— Вы любите его? — догадка была подобна вспышке во тьме. — Вы любите этого мальчишку, мадам Арима?
Она покачнулась, словно налетев на преграду.
— Что за странные мысли приходят вам в голову, Арвид? — прошептала, побледнев. Нижняя губа задрожала и показалось — Фори расплачется здесь. Сейчас. Неизбежно. Вот-вот. Но не заплакала. Только судорожно вздохнула, села в кресло и с неожиданной бесстрастностью проговорила: — Насколько я понимаю, интересы «Иллнуанари» перед Ордо отстаивает Корхида. И я уверена, Да-Деган располагает ключевой информацией, способной уничтожить влияние генерала. Но по условиям дуэли Да-Деган гарантировал генералу молчание! Да еще поставил на карту собственную жизнь. Зная на что способен Энкеле Корхида, я очень удивлюсь, если Дагги доживет до поединка: генерал не упустит возможности с ним разделаться.
— Никто ему этой возможности не предоставит.
И снова ее лицо исказила усталая гримаска, обозначив скорбные ниточки мелких морщин возле губ, прежде чем она возразила:
— Арвид, вы плохо знаете генерала.
— Фори, а вы слишком плохо знаете торговцев. Клянусь, даже Анамгимар не захочет иметь никаких дел с генералом, если только тот решит уничтожить вашего протеже до дуэли.
— А если откажется?
— Результат будет тот же. Как бы ни было выгодно сотрудничество с генералом для Анамгимара, он ему даже руки не подаст. Чтобы вы знали — право владения «Иллнуанари» Эльяна выиграл на подобной дуэли. Это было довольно давно, лет пятьдесят или возле того, назад, но на Раст-эн-Хейм об этом еще не забыли. Знаете, это тоже создало резонанс — нищий мальчишка явился в казино и потребовал Игры с главой влиятельнейшей Гильдии. Как вы понимаете, ему не отказали. Это очень плохой знак — отказаться от подобного вызова. Хуже — только попытаться обмануть судьбу, подкупить крупье, уничтожить соперника заранее… Можете считать нас суеверными, но ни один из торговцев не рискнет навлечь на себя проклятья. Говорят, за такие вещи судьба мстит особенно жестоко.
На ее губах снова появилась улыбка — и вымученная и недоверчивая одновременно. Она ни верила ни единому слову. Будь я лигийцем — я бы сам не поверил. Нужно быть сумасшедшим, чтобы верить в судьбу. Но с правилами этой странной игры не спорили даже эрмийцы: они только кривили губы, шептали «кисмет» — то ли всерьез, то ли иронично, то ли попросту снисходительно, и признавали результаты дуэлей, какими бы те ни оказались. Просто потому, что…
Иногда и мне казалось, что она в самом деле управляет нашими жизнями, эта ветреная и взбалмошная госпожа Судьба. Что все в мире происходит согласно лишь ее воле. Улыбнется — ты выживешь, невредимым выбравшись из смертельной ловушки, отвернется — поскользнешься на сухой ровной тропинке, при падении сломав себе шею. На Лидари она улыбнулась мне, перестав подыгрывать своему старому фавориту, и оставалось только гадать, чем была вызвана такая милость с ее стороны: решила ли она поиграть со мной в кошки — мышки или просто разочаровалась в том, кому ранее покровительствовала.
Но! Дали небесные, одно дело — чувствовать, ощущать присутствие ее, но совсем другое — суметь объяснить это так, чтобы поверили. Есть вещи, в которых субъективное восприятие в счет не идет; над ними посмеются и будут, в общем-то, правы.
