Чтобы немного отвлечься от размышлений о прошлом и будущем, Киркпатрик провел рукой по корешкам книг в шкафу, остановился на тонком томике и вытащил его. По иронии судьбы это оказался Шекспир, «Гамлет». Меланхолия и даже депрессия, борьба, смерть, интриги, стражники, которые бродят по замку в поисках призрака старого короля, убитого ядом, подсыпанным ему в ухо собственным братом.
– М-да, явно не то, что мне сейчас нужно, – буркнул Эдмунд, но все же пролистал несколько страниц. Его внимание привлекла реплика, вложенная в уста Марцелла, стражника:
Прекрасные слова о Рождестве! Впрочем, крылось в них и нечто большее. Когда соотечественники пребывали в страхе, Марцелл сумел сохранить оптимизм: Рождество, по его словам, время, когда все возвращается на круги своя, призраки спят, а ведовство колдунов бессильно. Что, если в этот светлый праздник чудеса случаются и с обычными людьми?
На этой позитивной ноте Эдмунд закрыл книгу.
Сможет ли он найти способ сделать Джейн счастливой, после того как все это кончится? Как бы ему этого хотелось!
До Рождества оставались считаные дни. Эдмунд присутствовал на очередном заседании парламента, но все его мысли занимала подготовка к реализации их с Джейн плана. Пока он слушал выступления парламентариев, по Лондону в корзинах слуг перемещалось множество записок, отправленных по определенным адресам. Фигуры постепенно занимали свои позиции на шахматной доске, как сказал бы ирландец.
В самый канун Рождества, едва солнце начало клониться к закату, Эдмунд надел старый потрепанный плащ и изношенную шляпу, выскользнул через черный ход из особняка и быстро пересек Беркли-сквер, смешавшись с толпой. Чтобы исключить возможность слежки, до усадьбы Хавьера на Ганновер-сквер он добирался закоулками, однако все равно прибыл раньше назначенного часа.
– Когда ты женился на Джейн, я ожидал, что моя жизнь наконец войдет в нормальное русло. Вместо того чтобы сидеть перед камином в Суррее, я сейчас торчу здесь, – без всяких предисловий заявил Хавьер, открывая Эдмунду дверь черного хода.
– До конца дней буду помнить твою доброту. – Эдмунд в шутливом молитвенном жесте сложил руки, прежде чем снять и повесить плащ и шляпу на крючок.
– Да-да, мне сразу стало легче, – пробормотал хозяин дома. – Любопытно, что вы там с Джейн придумали.
– Я очень благодарен вам с леди Хавьер за то, что согласились отложить путешествие до Дня подарков[5].
Хавьер отмахнулся:
– Рождественским застольем можно наслаждаться и в Лондоне, ну а одарить своих арендаторов и слуг я смогу и чуть позже. Надеюсь, вы с Джейн составите нам компанию за праздничным столом завтра?
– Если сегодня все пройдет удачно.
– Конечно, – пожал плечами Хавьер. – Пойдем покажу, откуда мы будем наблюдать за происходящим.
Они миновали служебные помещения и через коридор прошли к чулану.
– Одна из его стен общая с гостиной, – объяснил Хавьер.
– Здесь и будем ждать?
– Поскольку мой дом не старинное аббатство и не имеет тайных ходов, приходится довольствоваться тем, что есть. Чулан сейчас пуст, но я приказал туда принести скамейку для ног на всякий случай.
– Места для троих хватит? Возможность заглянуть в гостиную есть?
– Да и да. В стене просверлены отверстия, и Луиза лично убедилась, что они скрыты со стороны гостиной краями картин, так что никто ничего не сможет обнаружить.
– А как настроение Джейн?
– Ты еще спрашиваешь? У меня в доме испорчена стена, рухнули планы на Рождество. Да она счастливее некуда!
– Прекрасно.
– Пойдем в чулан или подождем приезда нашей жертвы?
– Подождем. Что по поводу леди Шерингбрук? Она еще не приехала? – спросил Эдмунд.
– Еще в полдень примчалась едва ли не сломя голову, а сейчас вместе с Луизой и Джейн пьет чай.
Эдмунду очень захотелось взглянуть на жену. Не то чтобы он не доверял Хавьеру, но… Неизвестно почему, но ему так не хватало сейчас Джейн!
Когда Хавьер и Киркпатрик вошли в гостиную, их глазам предстала совершенно умилительная картина: Луиза, облаченная в темно-синие шелка, давала указания слуге; леди Шерингбрук, сохраняя безупречную осанку, сложив руки на коленях, сидела на краю дивана, а рядом с ней Джейн, с чашкой чая в руках, предлагала:
– Может, еще глоточек, миледи?
– Благодарю, – кивнула виконтесса, и Джейн поднесла чашечку к ее губам.
– Леди, лорд Киркпатрик прибыл и готов отправиться в чулан, – объявил Хавьер.
– Безусловно, – подтвердил Эдмунд, поклонившись дамам.
