— Шеф, вы действительно считаете, что клонисты эффективнее евгенистов?
— Нет, я так не думаю, — Шеф отошел от окна и, расположившись в кресле, продолжил: — Они хотят нас убедить, что каждое направление лучше другого. Это нормально, но только до поры до времени. Когда соперничество достигнет апогея и эта борьба проникнет в нашу управленческую среду, тогда эта борьба станет опасной для общества.
— Может быть, их объединить? — спросил помощник. — Тогда можно заранее нейтрализовать эту потенциальную опасность.
— Если их объединить, то это соперничество мы загоним внутрь, и там может начаться обыкновенная исследовательская грызня. Это явно хуже, чем контролируемое явное соперничество. — Шеф задумался на минуту и продолжил:
— Полагаю, пока оставить все как есть. Тем более, что решение надо проводить через Высший Совет. А там, как вы знаете, существуют разные точки зрения. Да, кстати, вы подготовили докладную по проекту «Гуру»? Совет ждет ответа.
— Да, документ почти готов. Только я бы хотел обсудить окончательное предложение.
— У вас есть сомнения? — удивился Шеф.
— Не то чтобы сомнения, есть варианты. Эксперты дают разные, явно противоположные заключения.
Шеф отложил в сторону папку с бумагами:
— Я слушаю вас.
— Уникальных экземпляров за время реализации проекта не выявлено. Это главный аргумент в пользу закрытия проекта. Но времени прошло весьма мало для того, чтобы сделать окончательный вывод. Это аргумент в пользу продолжения работ. Капитальные и текущие затраты незначительны, и в нашем случае ими можно пренебречь. Но вот фактор резерваций серьезен. Сторонники закрытия считают, что необработанный, сырой материал отказников в таком объеме не может быть качественно переработан евгенистами. Вот это основное, о чем я хотел вам доложить.
— А почему отказников так много? Пропагандисты недорабатывают?
— Я послал в министерство контролеров, но результатов пока нет.
— А наша пионэрия?
— Пионэрия работает эффективно. Дисциплина в норме. Организация четкая. Возможно, методы жестковаты, но зато, как уверяют генетики, исполнительность выше всех ожиданий.
Шеф встал, подошел к окнам и довольно долго смотрел на город.
— Со мной вчера нехорошо поговорили члены Совета о резервациях. До них дошла информация о перегруженности лагерей. Если недовольство распространится в обществе, проект придется закрыть, а заодно и евгенистов. Думаю, пока что это преждевременно, но как долго это может продолжаться? Так что же мы Совету можем предложить?
Мужчина средних лет налил воды, отпил полстакана и спокойно, тщательно подбирая слова, ответил:
— Думается, что сейчас необходимо приостановить проект. Тем самым остановим поток отказников и разгрузим резервации. Пионэров временно переориентируем. А отбывший сегодня пумпель следует считать последним в этом сезоне.
Шеф вернулся к креслу, внимательно посмотрел на помощника и, чуть улыбнувшись, спросил:
— У вас документ уже готов?
— Да, Шеф, — помощник достал из папки лист бумаги и положил его на стол.
Шеф просмотрел документ, подписал его, прищурился и с некоторым облегчением спросил:
— На сегодня это все?
— Да, — последовал ответ.
Хлыщ на минуту исчез и появился с яркой девицей. Прогнувшись, он заявил:
— Разрешите представить — Рая, моя подруга верная в дороге. Надежная, как я, и интроверт. Девочки, я предлагаю вам охмурить пионэрчика.
— Альбертик! Охмурить пионэрчика? Это что-то новенькое, — проворковала девица и с выражением нарочито трагично прочитала:
Полюбила пионэра,
До меня ему нет дела.
Что ж, пришлось пойти в утиль,
Может, там найду свой стиль.
Венса как-то резко с недоверием отреагировала:
— Охмуряйтесь без меня. Я в этой дури участвовать не буду.
— Что вы, что вы, мадмуазель, — улыбнулся Хлыщ, — это совсем несложно. Это всего лишь легкий флирт. Это поможет нам получить хоть что-то новое о нашем состоянии, о нашей судьбе.
— А ты что молчишь? — Венса обратилась к Лучу. — Я что, должна любезничать с этими клониками? — и, подражая девице, продекламировала:
Пионэром ты не будешь,
Встречу с ними не забудешь.
Можешь ты в утиль попасть
И тогда совсем пропасть.
По трансляции объявили:
«Просим подготовиться к опросу. Ваши вопросы к Гуру будут внесены в протокол. Подробные инструкции у дежурных».
Вагон оживился. Молодежь зашумела на все голоса. Появились идеи — какие вопросы задавать. Возникли даже споры. В соседней ячейке юношеский голос прочитал четверостишие:
Гуру добрый. Он поймет
И к себе тебя возьмет.
Только как вопрос задашь,
Будешь взят на карандаш.
— Вот и дождались, — сказал Лучу, — в самый раз охмурять. Идея неплохая. Наши спутницы могут попробовать их разговорить. Шансы невелики, но попытаться можно. Мы еще не знаем, как они отреагируют на противоположный пол.
— А о чем же с ними говорить? — успокоившись, спросила Венса.
Лучу ответил:
— Начните, как положено по этикету, с погоды, а потом, если будет ответная реакция, переведите разговор на него, то есть о нем. Может, что-то скажет о себе, кроме: «Всегда готов».
Хлыщ одобрил тему разговора и добавил:
