– Теперь ты моя старуха. Будешь сидеть за обеденным столом рядом со мной, а не рядом с Лэсси.
– Договорились, – она аж задохнулась от удовольствия.
– И еще. Выходи за меня замуж.
– Отличная шутка, – Кристен фыркнула.
– Да нет, я не шучу…
– Карри! – Кристен села в постели, и Карри неторопливо поднялся за ней следом:
– Я серьезно! Только знаешь что? Давай сразу договоримся: никакой дурацкой свадьбы с дурацким белым платьем и дурацким лимузином, никаких дурацких обручальных колец и никакого дурацкого банкета. Мы распишемся в присутствии самых близких, выпьем за это по банке пива…
– Мне нельзя пиво, я беременна! – рассмеялась Кристен.
– Вот черт, точно! Значит, ты будешь пить колу. А потом мы уедем в закат на мотоцикле и вместо медового месяца на Мальдивах махнем куда-нибудь… мм, не знаю, куда ты хочешь?
– В Китай, например?
– Махнем в Китай и будем месяц трахаться там, не вылезая из номера гостиницы!
– Ты идиот! – расхохоталась Кристен. – А как же татуировки? Детальки лего?
– А ты правда хочешь их сделать?
– Ну конечно!
– Значит, заметано! Так ты согласна?
– Согласна, согласна! – она снова рассмеялась, и Карри сгреб ее в охапку, притягивая ближе и целуя в губы – требовательно и крепко, как всегда.
На следующий день Карри и Кристен объявили о своем решении пожениться всей клубной семье. Реакция была разной.
Больше всех, конечно, радовалась Лэсси. Она сразу завизжала, как маленький ребенок, и бросилась на шею брату, а потом принялась крепко обнимать Кристен.
– Тшш, ты меня задушишь! – Кристен чуть не подавилась смехом, закашлялась, и Лэсси наконец ее отпустила:
– Прости, прости… Все хорошо?
– Абсолютно! – заверила ее девушка.
Алисия тоже была рада. С Карри у нее были немного натянутые отношения, так что они только обменялись кивками, зато Кристен она тоже обняла и прошептала на ухо:
– Как тебе это удалось?
– Не знаю, – таким же шепотом призналась Кристен.
– Ты удивительная.
Вот только Кристен, конечно, не считала себя удивительной. И до сих пор не понимала, как ей удалось влюбить в себя этого большого, сурового, опасного мужчину.
Зато большой, суровый и опасный мужчина знал все с полной уверенностью. Кристен появилась в его жизни в трудный период (хотя когда бывали легкие?) и смогла спасти его от всего того дерьма, что происходило вокруг. Когда погиб Эрик Ланберг и началось противостояние клубов, именно Кристен своей наивностью и невинностью отвлекала его. Когда пришлось устанавливать камеры, часами сидеть за смотровым пультом, выслушивать отцовские наставления, именно Кристен приносила ему какао с печеньем, и целовала в губы, и терпеливо дожидалась, когда он закончит работу и проведет с ней остаток вечера. Теперь, когда из клуба выгнали Джонни, Кристен объявила ему о беременности. Черт побери, эта девочка была его личным психологом, личным антидепрессантом! Даже никотин и алкоголь не действовали на него так, как действовала она!
С первого дня она напомнила ему о давно позабытых чувствах, которые он испытывал когда-то к Элисон. Когда Элисон погибла, он похоронил в себе все, что только смог, и почти поклялся себе, что больше не станет влюбляться. А потом появилась Кристен – ворвалась, как ураган, со своими проблемами и страхами, со своей чертовой невинностью и идиотками-подругами, с этим соблазнительным рисованием по ночам, со своими смешными вопросами про татуировки и шрамы, со своей жаждой свободы – такой же, как у него самого, – и он понял, что его закопанные, запечатанные, забытые чувства постепенно начинают возвращаться. Она умела смешить его, и сводила с ума в самом восхитительном, самом неприличном смысле, и главное – умела найти нужные слова и поддержать его.
Было так странно, что никакой другой мужчина до него не заметил, какая она удивительная, и не забрал ее себе. Но это было хорошо, потому что сейчас она принадлежала ему, и он не собирался ею ни с кем делиться.
На самом деле, он не собирался делать ей предложение. Для него это вправду было неважно, да и для нее, как ему казалось, тоже. Но перед его глазами только что разыгралась трагедия Джонни, и он не мог перестать думать об этом. Джонни и Камилла были женаты, но слишком мало времени провели вместе, слишком мало успели вместе сделать. Карри не хотел, чтобы то же самое произошло с ними. Ему хотелось наслаждаться каждым днем. Ему хотелось попробовать все. Поэтому – почему бы и нет? Почему бы и не стать мужем и женой? Вдруг им это понравится? Кроме того, он знал, что родители Кристен воспримут его чуть более серьезно, если он предложит их дочери руку и сердце и обязуется быть с ней в горе и радости, и бла-бла-бла… Сейчас ему было больно видеть этот разрыв. Он надеялся, что в скором времени Кристен помирится с ними, а тогда, может быть, познакомит их и со своим будущим мужем.
Теперь он, видя, как радуются Лэсси, Кира и Алисия, да и многие парни из клуба, он лелеял и еще одну надежду: что эта свадьба сплотит его семью и братство перед лицом новых испытаний, а перед этим даст им всем немного отдохнуть и развлечься.
