Чарли находился в полном недоумении, гавкал и прыгал вокруг нас до тех пор, пока мы не отошли друг от друга. Когда с приветствиями было покончено, мы переместились на кухню. План на день был простым – прогуляться по торговым центрам, устроить совместную шопинг-терапию и обсудить последние новости.
Это то, в чем я нуждалась. Наша компания сформировалась еще в колледже, с тех пор мы были неразлучны. Стоит упомянуть, что изначально нас было четверо, как Little Mix[1], пока Джесси[2], или в нашем случае Донна, не предала нас и со скандалом не покинула группу. Год назад Донна и Перри встретились в Нью-Хейвене, куда Перри перебралась со своим парнем-хоккеистом – Майком Дарреллом. Именно там Митчелл увидела настоящее лицо подруги. Донна оказалась лживой сучкой, которая завидовала Перри, пыталась ее копировать и портила ей жизнь. С того момента мы прекратили все общение с Донной. Потому что когда корона с головы подруги падает, задача другой подруги поднять ее, а не бежать и спать с ее парнем за ее спиной. Простые истины.
В момент бурного обсуждения неудачного перелета Лолы (самолет задерживали два раза, к тому же компания потеряла их багаж) раздался хлопок двери. Громко лая, Чарли устремился в холл, но достаточно быстро замолк и стал поскуливать от радости. А это значило только одно. Девочки переглянулись, через минуту на кухне появился мой папа.
– Добрый день, – чинно кивнул он.
– Здравствуйте, мистер Кейн, – в один голос выдали подруги.
Папа приехал по рабочим вопросам на прошлой неделе, появился не в самый лучший момент, когда Рэю снесло крышу от непредвиденного отказа. Видимо, он совсем не ожидал, что такого, как он, могут бросить. Должно быть, он сам хотел бросить меня. Иначе я не понимаю, почему он вдруг набросился на моего отца.
Псих.
Но, черт возьми, как же я скучала по нему.
– Забыл кое-какие документы, – сказал папа, заметив мой вопросительный взгляд, и проследовал в гостевую спальню.
Лола замерла с кружкой у рта. Я не видела ее губ, но карие глаза проследили за моим отцом.
– Подбери слюни, – фыркнула я, щелкая у нее пальцами перед лицом.
Перри захихикала, а Лола смущенно опустила взгляд.
– Прости, я уже говорила это, но тяжело поверить в то, что он чей-то отец.
– Да, потому что он скорее папочка, – поддразнивающе добавила Митчелл, очевидно считая себя слишком остроумной.
Я скривилась от внезапного приступа тошноты.
– Отвратительно! Вы обе – отвратительны! – заявила я под неутихающие подлые смешки.
Не впервые мне приходилось слышать подобное. Так уж вышло, что мой отец слишком привлекателен для человека его возраста, прямо как Крис Эванс. Его подружки были гораздо моложе его, немногим старше меня, однако менялись не так часто, как могли бы у мужчины средних лет с его внешними данными и деньгами.
– Я в Гонолулу, вернусь в воскресенье, – безапелляционным тоном выдал он, выходя из гостевой спальни с дорожной сумкой.
– Что-то случилось?
– Как всегда, дети не слушаются, – коротко объяснил он, обнимая меня и кивая моим подругам на прощанье.
Только сейчас я заметила, что он сменил строгий костюм на джинсы и белое поло. Как только хлопнула входная дверь, Лола мечтательно вздохнула:
– Мог бы и мне предложить съездить на Гавайи.
– Замолчи, – закатила глаза я.
Лола вовсе не была очарована моим отцом, просто она из тех людей, которым нравится действовать всем вокруг на нервы. Мое раздражение она находила забавным. Лола давно была счастлива в отношениях с Джексоном. Мне не о чем было переживать.
– А что? Я разрешу называть меня мамой.
– В таком случае мне придется тебя отравить, мама, – сострила я. – Да и Джексон будет против.
Перри заправила волнистые волосы за уши и отодвинула от себя пустую чашку.
– Почему он упомянул детей?
– Когда он говорит о детях, имеет в виду спортсменов. Должно быть, кто-то из его подопечных сделал что-то, что папе теперь придется разгребать.
– Но он так спокоен…
– Потому что это его работа, а работу он любит.
Отец был рожден для этой деятельности. В школе играл в футбол и даже метил в НФЛ[3], но ничего не вышло. Травма навсегда закрыла для него возможность реализоваться в большом спорте. Однако он не стал впадать в отчаяние.
Мэтт Кейн был из тех людей, которые изначально выстраивают для себя несколько путей. Все началось с юридического, а затем он освоил еще и направление спортивного менеджмента. Способность видеть людей, читать их как открытую книгу, умело манипулировать и давить своей уверенностью сделали из него того, кем он являлся. Профессионалом с железной хваткой.
Отец был моим примером. Трудоголик до мозга костей, он не видел перед собой препятствий и проблем, в его понимании это были сложности, которые всего лишь требуют для разрешения чуть больше времени.
– Почему ты избегала меня в последнее время? – прямо спросила Митчелл.
– Навалилось слишком много работы. К тому же хотелось провести время с папой, в последний раз мы виделись в июле, – и глазом не моргнув солгала я.
Почему же я на самом деле избегала Перри? Не знаю, возможно, предчувствовала скорую аварию и не хотела увеличивать круг пострадавших.
