Для начала я купил ещё одну колоду. «Рептильный» не соврал, по всей Набережной в киосках они были совершенно одинаковыми. Чтобы извлечь из упаковки новые карты, и запечатать внутрь вчерашние мне понадобилась безопасная бритва и капля канцелярского клея.
Новой и некраплёной колодой я размахивал перед Колей в кафе. Собирался выкинуть её сам, но моё недостойное рыцаря нытьё добило экспрессивную Аллочку, и она сработала за меня.
Далее, следите за руками. Я покупаю новую колоду для игры под тщательным присмотром Николая. Мы идём по улице, и на нас налетают брызгающие водой мальчишки.
Их участие обошлось мне в две порции пломбира и триста граммов ирисок. Ещё две шоколадки я должен выдать им после успешного завершения операции, и обязательно это сделаю.
Пока Аллочка визжала, а «рептильный» пялился на её полупрозрачные прелести, новая колода отправилась в урну, а старая в запечатанной пачке скользнула мне из рукава в ладонь. Финита. «Рептильный» тасует колоду, чувствует крап и доволен как слон. Ему и в голову не может прийти, что это другая колода.
А ещё я практически сразу выясняю, что нет, это не тот адмирал, который обыграл Муху.
Этот не был шулером, а так, состоятельный и при этом скучающий бездельник на пенсии. Да и адмиралом Тихон Петрович Глебов никаким не являлся. А был он каким-то там начальником в одесском морском пароходстве, на пенсии, конечно.
То что денег у него не просто много, а очень много я понимаю практически сразу. Тут и часы, неприлично дорогие, и это не наши котлы, а заграничный Breguet type 20. В середине 21-го века такие стоят 10+ тысяч долларов, А тут, наверняка не меньше четырёх. Сколько за них можно выручить на нашем чёрном рынке даже страшно представить. Волгу, а то и две, это как минимум.
Плюс золотой браслет и печатка. Притом опять же это импорт и не из стран народной демократии, даже не близко. Что-то из логова капиталистов. Наше цыганско-жёлтое золото видно за версту, а у него что-то совсем другое. Да и та лёгкость, с которой Тихон Петрович получил 28 на распасах, и только отшучивался, говорила об очень многом.
Так что нет, он не в банде, скорее «адмирал» здесь для того, чтобы облегчить карманы его щёгольского пиджака. Решили совместить стрижку двух фраеров разом.
Что до меня то мне карта не то чтобы идёт, но, благодаря тому что я вижу расклады, оказываюсь способен несколько раз избежать опасных ситуаций.
Один раз я не скинул бланкового короля при длинной масти, просто потому что видел, что у адмирала и Вити нет передачи, а есть бланковый туз, ещё раз наоборот скинул, то что в обычной ситуации предпочёл бы оставить.
В общем, всё идёт нормально. Даже более чем.
Сама игра тоже не чета вчерашнему деберцу. Я неоправданно много рискую, ну с точки зрения обычного человека. Но риск хоть и дело свинячье, в данном случае полностью оправдан.
Для того чтобы выиграть, если видишь все карты противника, не нужны финты и трюки. Надо просто играть головой. И в этом я оказываюсь значительно сильнее уже сыгранной парочки из Вити и Николая.
На исходе игры становится понятно, что я выигрываю, и выигрываю много. Правда, больше у адмирала, тот играет любительски небрежно, часто отвлекается на блондинку, обсуждает с ней погоду и напитки и, кажется, просто с удовольствием проводит время.
Но и Витя, которому вчера достались мои очки и вещи Аллочки, тоже в серьёзном проигрыше. И вот в этот момент меня стараются крупно подловить.
Раздают практически задачку из учебника. Вроде как и девять взяток, но на самом деле шесть, которые я и заказываю.
Был бы мой выход, нет вопросов, сыграл бы девять. А так: туз-король перебивается козырями, притом есть передача, одна единственная. А ещё один туз снова забирается бланковым козырем. В итоге только пять на старших козырях и марьяж. Выглядит эффектно, а при розыгрыше получилось бы глупо. После этого Витя не отрываясь следит за моими руками.
— Пиджак ваш можно осмотреть, молодой человек? — говорит он ледяным голосом, когда мы заканчиваем. — И рукава закатайте, будьте любезны.
— Не валяй дурака, это не покер или блекджек с баккарой. Как я могу карты подменить, если будет дубль? Но я не возражаю, — снимаю льняной пиджак и небрежно перебрасываю Вите, — осматривай! Но только после расчёта.
— Виктор, — меланхолично говорит адмирал, — Вы не правы, в отличии от нашего сегодняшнего оппонента. Всё чисто. Так что, вот, доктор. Извольте принять. Семь тысяч рублей. Под расчёт.
— Спасибо, Тихон Петрович, с вами было очень приятно играть. Витя? — обращаюсь я к разозлённому шулеру.
Тот хмурится, но лезет в карман за бумажником.
— Мне нужны мои очки и вещи Аллы, — говорю ему, — Не забудь.
Кроме тех денег, что я выиграл у Глебова, мой бумажник пополняют ещё пять сотенных купюр от Вити. Тот с недовольным видом ощупывает мой пиджак. Тщательно проверяет каждый шов, явно имеет опыт в подобных вещах. После чего возвращает его мне и выкладывает на стол цепочку, серёжки и, наконец, мои очки. Их я тут же цепляю себе на лоб, становясь похожим на стилягу.
— Алла, забирай вещи, мы уходим, — командую я.
