«Ага, – лукаво подумал Роберт Чилден. – А завтра-послезавтра я сам ей позвоню – спрошу, понравилось или нет…»
Увидев своего компаньона, понуро бредущего по тротуару, Фрэнк сразу понял, что радоваться нечему.
– Тебя только за смертью посылать. Что стряслось? – спросил он, принимая из рук Маккарти корзину. – Неужели ему понадобилось полтора часа, чтобы сказать «нет»?
– Он не сказал «нет», – буркнул Маккарти, усаживаясь в кабину. Он выглядел очень усталым.
– А что сказал? – Фрэнк открыл корзину и не увидел многих изделий, причем самых лучших. – Ого, изрядно взял. Так в чем дело, Эд?
– Комиссия, – буркнул Маккарти.
– И ты согласился? – не поверил своим ушам Фрэнк. – Мы же договаривались…
– Сам не пойму, как это вышло.
– Господи боже! – выдохнул Фрэнк.
– Прости, дружище. Он сделал вид, будто собирается покупать. Отложил целую кучу. Я думал, купит…
Они долго сидели в пикапе, не говоря ни слова.
Две последующие недели Бэйнс провел как на иголках. Ежедневно в полдень он звонил из гостиницы в Торговую миссию и справлялся, не прибыл ли пожилой господин. И получал один и тот же ответ: «Нет». С каждым днем тон Тагоми становился все холоднее и официальнее. Взяв трубку, чтобы позвонить в шестнадцатый раз, Бэйнс подумал: «Придет день, когда мне скажут, что господин Тагоми вышел и просил его не беспокоить».
Что случилось? Где Ятабэ?
Он находил только одно объяснение: на Токио ошеломляюще подействовала смерть Мартина Бормана. Вероятно, Ятабэ отправился в Сан-Франциско, но спустя день-другой получил новые инструкции и возвратился на Родные острова.
«Невезение, – подумал Бэйнс, – и, возможно, роковое».
Но в любом случае он должен остаться в Сан-Франциско. Попытаться наладить контакт, ради которого он сюда прилетел. Сорок пять минут на борту ракеты «Люфтганзы» – и он здесь. Какие удивительные времена! Можно улететь куда захочешь, даже на другую планету. Но зачем? Чтобы целыми днями сидеть на месте, постепенно теряя надежду? Впадая в бесконечную тоску?
«А те, другие, не сидят на месте, – горько подумал он. – Они действуют».
Мистер Бэйнс развернул дневной выпуск «Ниппон таймс» и снова прочитал:
«ДОКТОР ГЕББЕЛЬС ИЗБРАН РЕЙХСКАНЦЛЕРОМ
Неожиданное решение партийного комитета. Энергичное выступление по радио. Ликующие толпы в Берлине. Ожидается официальное заявление. Геринг может стать шефом полиции вместо Гейдриха».
Он перечитал статью. Затем отложил газету, взял трубку и набрал номер Торговой миссии.
– Это Бэйнс. Можно поговорить с господином Тагоми?
– Одну секунду, сэр.
Секунда затянулась надолго.
– Тагоми слушает.
Набрав полную грудь воздуха, Бэйнс произнес:
– Простите, что снова вас беспокою…
– А, это вы, мистер Бэйнс.
– Мне очень жаль, что приходится злоупотреблять вашим гостеприимством, но когда-нибудь, надеюсь, вы поймете, почему я с таким нетерпением ожидаю господина Ятабэ, с которым у меня назначена встреча…
– К сожалению, он еще не прибыл.
Бэйнс закрыл глаза.
– Я думал, со вчерашнего дня…
– Боюсь, что нет, сэр. – Тон – сама вежливость. – Прошу извинить меня, мистер Бэйнс. Неотложные дела.
– Всего хорошего, сэр.
Телефон щелкнул. Сегодня Тагоми даже не попрощался. Бэйнс медленно опустил трубку.
«Хватит ждать. Надо действовать».
Ему было категорически запрещено вступать в прямой контакт с абвером. Ни при каких обстоятельствах! Он должен только дождаться военного представителя Японии, провести с ним беседу и вернуться в Берлин. Но никто из начальства не предвидел столь несвоевременной смерти Бормана. Следовательно…
Учитывая ситуацию, придется изменить план по своему усмотрению, поскольку советоваться не с кем.
В ТША действуют по меньшей мере десять резидентов абвера, но часть из них, если не все, на крючке у Бруно Кройца фон Меерса, руководителя регионального отделения СД. Несколько лет назад Бэйнс видел Бруно на партийном собрании. В полиции о нем ходила дурная слава, и небеспричинно: в сорок третьем Бруно спас Рейхарда Гейдриха, сорвав британско-чешское покушение на Вешателя. В те дни Кройц фон Меерс быстро поднимался по ступенькам аппаратной лестницы СД. Он был не просто партийным бюрократом – он был очень опасным человеком.
Даже если абвер в Берлине и токкока в Токио примут все меры предосторожности, остается опасность, что СД пронюхает о готовящейся встрече.
Правда, здесь у власти японцы, и СД не посмеет вмешаться официально. Она сможет арестовать германского подданного – то есть Бэйнса, – едва он снова ступит на землю рейха, но вряд ли СД отважится устранить его здесь или сорвать встречу. Во всяком случае, хочется в это верить.
Неужели СД все-таки рискнула и сумела перехватить старика? Путь от Токио до Сан-Франциско долог, особенно для пожилого человека, который по состоянию здоровья не может себе позволить воздушного путешествия.
