Говорил Никита негромко монотонно, словно убаюкивая, и постепенно милиционеры немного расслабились, и стали приводить себя в порядок. Снимать окровавленные бинты, очищать мундиры от пыли и грязи, так что, когда рядом сел сине-жёлтый вертолёт областной автоинспекции выглядели более или менее прилично.
Разбирался с милицейским руководством майор Тихонравов, а когда рядом опустился военный Ми-8 с областным руководством КГБ и Партии, всё решилось довольно быстро. Шагран упаковали в плёнку, водителя Нивы, всё ещё пребывающего в отключке, увезли в больницу вместе с гаишниками, и все постепенно разлетелись и разъехались, забрав даже Ниву.
Никите снова пришлось переодеваться, меняя лохмотья, в которые превратилась одежда, на брюки и чистую белую футболку, после чего он умылся, сел на водительское место, и повернулся к пассажирке, явно пребывающей в сумеречном состоянии.
— Поехали?
Машина плавно выкатилась на трассу, и только минут через десять, Надя, постепенно очнувшись, повернулась к Никите.
— И часто у вас такое?
— Всяко бывает. — Никита пожал плечами. — Ну а что? Смотреть как они нас фаршируют свинцом?
— А этот…
— Гипнотизёр? — Никита чуть улыбнулся. — Я уверен, что он раскаялся и больше так не будет. Тут ведь главное, что? Найти те, проникновенные, единственно верные слова, что западут в душу даже самому закоренелому преступнику. Чтобы впечатлился, осознал, и раскаялся.
— Саблей по голове? — Усмехнулась девушка.
— Ну, технически это драгунская шашка, и не по голове, а по шее, но тут очень важна точка приложения. А иначе довод может оказаться не таким убедительным.
— А откуда у вас шашка?
— Так развелось, гипнотизёров, — Никита усмехнулся. — Куда только Госцирк смотрит? Никакого, понимаешь, от них покою. Цирки горят, клоуны, всё время разбегаются…
Сзади отчётливо всхрапнул майор Тихонравов, давя смешок.
— А вот зря вы так, товарищ майор. — Никита бросил взгляд на него через зеркало заднего вида. — Клоун, оставшийся без должного надзора, быстро дичает и становится опасен для окружающих, в особенности для женщин, детей и всех нестойких разумом заражаемых своим безумием. — Никита бросил короткий взгляд в зеркало. — Так, товарищи. Предлагаю перекусить, потому что до Симферополя ещё пилить и пилить.
Как Надя не намекала, Никита отвёз её в дом отдыха, а сам, уже к вечеру, подъезжал к дому на набережной.
Разместив сопровождение, сходил на рынок за фруктами и мясом, и через час спокойно употреблял жареное на углях мясо, под вкусный лимонад, и южные сладости, любуясь видом на море, и шумом прибоя.
Схватка у дороги утомила морально и сильно искромсала его эфирные каналы, несмотря на полностью отработавший амулет защиты, и собственную устойчивость к пси — атакам. Но арх, есть арх, и пожевало Никиту изрядно. Зато он наконец прочитал что там писал ему имплант после боя.
28 тысяч это уже совсем хорошо. — Никита, откинувшись в кресле, закрыл глаза, и предвкушающе стал просматривать каталог.
Самое главное для него, сейчас не покупка техники, а дальнейшее улучшение организма, потому как если дело дошло до архов, значит на игровое поле брошены самые жирные фишки. И если бы архов пришло двое, то результат стал совсем другим. Поэтому не летающие машины, и не броня, интересовали Никиту. Защитный амулет, максимальной мощности, вложения в устойчивость внутренней структуры, пропускная способность эфирного источника, узоры более высокого уровня, скорость их создания, и насыщения.
Но почти тридцать тысяч единиц, это действительно много, и Никита поднял большинство параметров, а кое-что, так и в несколько раз, по сравнению с прошлым. Но последний бой его сильно впечатлил. Он чувствовал, что прошёл по краю, и ему это сильно не понравилось. А теперь после всех улучшений, и двое архов, уже не представляли серьёзной опасности. Правда, в тексте про шагран писалось о каких-то грандах, но вероятность встречи с ними Никита оценивал невысоко. В любой истории наступает момент, когда вкладывать ресурсы и дальше становится предвестником разорения, и он считал, что шагран должны отказаться от завоевания Земли.
Но одно техническое изделие он всё же приобрёл. Детектор пространственных возмущений, способный словно компас показывать дистанцию и направление на ближайшие работающие пространственные пробои в радиусе ста тысяч километров, что для Земли выглядело вполне достаточно. Устройство представляло собой надстройку на нейроимплант, и когда доставка сработала, на полу оказалась капсула размером с малокалиберный патрон. После вскрытия, на ладони у Никиты на несколько секунд появилась тяжёлая алая капля, впитавшаяся без остатка, и видимого эффекта.
