Вот толпа воинов и эфирников от сотого до двухсотого уровней ждёт в боевых порядках прорыва предсказанного Видящими, вот пространство разрывает огромный портал, из которого вываливаются всякие твари от двухсотпятидесятого и выше, и пока все охреневают от глубины подставы, напротив открывается ещё один портал, откуда выходит десяток мужчин и женщин, а ещё через пять секунд, всё воинство оказывается в дивном лесу, с параллельными дорожками, круглыми, словно по циркулю озёрами, а в центре — сверкающая игла обелиска.
Грур — в то время имел уровень сто пятьдесят восемь, и не без основания полагал что в будущей битве окажется не на последних ролях. Но реальность быстренько расставила всех по местам, что стало очень важным уроком для уже достаточно известного воина — урго.
Каждый уровень, давал не только прирост в силе и навыках, но и доступ к различным материалам, так что у двухсот тридцатого урго, возможности были куда шире чем у восьмидесятого человека. Вложения в навыки и статы не так велики. Примерно пять тысяч единиц в день. Ерунда если подумать. А вот эликсиры и декокты, высшей алхимии — совсем другое дело. Их восьмидесятому уровню просто не продадут. Зачем порождать нездоровый ажиотаж, и конкуренцию? Да и нет таких денег у среднего класса. Зато деньги, и вполне приличные как ни странно водились у конкретного землянина и его учителя — урго, заказавшего и получившего сразу полный набор зелий воина — сотки, что обошлось почти в пятьдесят миллионов.
Никита прибежал с тренировки, и тяжело дыша сбросил пятидесятикллограмовый пояс — утяжелитель, такие же свинцовые манжеты с рук, и ног, и брызнув на них узором «очищения», прошёл в свою ванну, и через минуту оттуда донёсся звук шипения компрессора, бульканье воды, и довольный вздох человека, наконец-то упавшего в ванну.
Вода накапливалась в баке недалеко от дома, и поступала в ванну по трубе большого сечения, через теплообменник с эфирным кристаллом, так что не требовалось ждать пока она наполнится.
Грур вошёл к Никите, неся в руках большую шкатулку зелёного цвета, с логотипом алхимической фабрики Муго Адгорса, и произнёс на вполне чистом русском языке.
— Значит так. Давай, пей, по одному, в любом порядке, с промежутком в пять минут. Поколбасит немного, но это в норме. Главное не захлебнись.
Он вышел, и Никита, вытащив из коробки первый пузырёк, фиолетового цвета, пузатенький внизу, и с тонким горлышком словно графин для наливки, вынул пробку. И по ванной сразу плеснуло волной запаха свежести, трав, и горьковатый привкус полыни. Он поднёс горлышко к губам и стал пить жидкость фиолетового цвета. думая о чём-то своём, когда жидкость вдруг кончилась, а вода в ванной начала темнеть, от едкого пота, потёкшего через поры. Но сразу сработали очищающие узоры, и вода снова стала прозрачной, а муть, втянуло через фильтры.
Следом пошёл красный, пахнущий какими-то ягодами или цветами, добавивший 20 % к жизненным силам, включая способность к регенерации, зелёный прокачавший координацию, серый — скорость передачи нервных импульсов, прозрачный поднявший мышление и матово-белый словно молоко усиливающий эфирные каналы и резерв.
Когда Никита вышел из ванной распаренный и одетый в халат, Грур продолжал работать с калькулятором и каталогами.
— И что ты выбрал?
— Конечно повышение способностей. — Никита удивлённо посмотрел на урга. — Уровень, это же просто цифра. А вот поднять, например, пси — источник, на двадцатку, да силу узоров, их скорость, и всё остальное, это вообще законно?
— Я в тебе не ошибся, малыш. — Грур кивнул. — Продолжаем бой. Кстати, там, на диване лежит генератор льдинок.
—? — Никита лицом изобразил удивление.
— Будешь ловить вылетающие льдинки, так чтобы не ломать их. — Грур поднял лапу с нравоучительно торчащим когтем. — Потому что координация, дозировка усилий, и вообще контроль физики — важнее чем голая сила.
Ещё Никита с Груром много занимались фехтованием, рукопашным боем, и на старой корабельной свалке, резали стальные корпуса отрабатывая удары мечом, что в итоге привело к тому, что свалка сначала превратилась в кучу мелких металлических кусков, а после и вовсе исчезла, потому как самая дорогая часть переработки корпусов — это собственно резка.
Пару раз вылетали на прорывы, но Земля постепенно затягивала раны, и стихийных провалов становилось всё меньше, хотя они чуть подросли в сложности.
