— Ушёл. — Урго, словно подброшенный катапультой, взвился вверх, и перелетев по дуге, рухнул куда-то в развалины.
А вот «ядро праха» кидаемое Никитой из скрыта, работало наоборот очень хорошо. Виверны, местом обитания которых была вода, плохо видели на суше, и Калашников в облаке невидимости, ими совершенно не чувствовался, что и позволило поубивать всех тварей, аккуратно срезая голову на тонкой длинной шее.
Зато набежавших огненных быков, Грур взял на себя, позволив Никите закончить работу с порталом, и тот пыхнув на прощание огнём и светом сошёлся в точку и погас.
И только сейчас, Никита понял что смертельно устал. Держать в голове десяток узоров одновременно, убивать тварей, следить за своими парнями, и распутывать стихийный портал, в стабильной фазе, всё это просто исчерпало его силы, словно мощным потоком воздуха выдув воду из чашки. Не думая, а на одних рефлексах, он вскрыл один из кармашков на поясе, и подняв стекло шлема влил в себя терпкое зелье, и понемногу стал приходить в себя.
Зелье полного восстановления, убирало все эфирные токсины, что скапливались в теле при использовании узоров, очищали шлаки, и вообще производило ремонт перетрудившегося организма.
Грур, стоявший рядом тоже закидывался зельем, внимательно следя по сторонам, а в разрушенном городе всё только начиналось. Отовсюду раздавались звуки боя, грохотали взрывы, и вспыхивали световые эффекты, сопровождавшие волшбу.
— Жирная полянка. — Грур улыбнулся, показав длинные клыки. — За такое обычно платят хозяевам.
— Мы не обычные, мы возьмем с них. — Никита, постепенно приходивший в себя, улыбнулся. — Были бы они хоть на каплю умнее, и столицу сохранили, и страну. Но нет ничего в мире дороже глупости.