Одной из главных добродетелей Безопасности любого государства — умение работать не только быстро и без сантиментов, но и тихо. Защита Короны умела.
Аресты, обыски, ликвидации и зачистки мест концентрации боевиков, прибывших из трёх государств, происходили тихо и чисто, словно в молекулярном конвертере, оставляя после себя безгласные захоронения на глубине десятков метров. Заодно конечно прихватывали и криминал уже сильно утомивший городскую стражу и вообще всю Империю.
Хоронили всех оптом. Дежурный маг вскрывал землю трещиной на большую глубину, грузовик сваливал тела, и земля смыкалась вновь, собирая в одну могилу кадровых офицеров разведки, нанятых по портовым кабакам головорезов, элитных фармазонов[1] и заигравшихся торговцев.
Естественно всем этим занимались серьёзные взрослые дяди, не вмешивая в дела одного юного виконта. Но о его участии кто надо знал, и внезапно за Никитой стали ходить парочка людей из Защиты Короны, правда перед этим представившись честь по чести и предупредив что они действуют по распоряжению самого начальника Службы.
И не сказать, что напрасно ходили. Временами Никита замечал в ресторанной еде разные не вполне обычные вещества, натыкался на развешанные в номере узоры, и несколько раз помогал охранникам отбить нападения, временами ловя и расспрашивая организаторов покушения.
А в Ордалле бушевал Фестиваль Науки, Искусства и промышленности, собиравший со всего материка известных производителей всего на свете. От модных тряпок и кинолент до штурмовых воздухолётов и плавучих островов.
В новом здании театра — варьете «Ночные забавы» только-только успели закончить перепланировку и гостей принимал большой зрительный зал с тремя десятками столиков в партере, и ложами для публики попроще, но с возможностью заказать угощение. Также имелась открытая площадка под лёгким навесом, большая автостоянка и даже десяток номеров для особо нетерпеливых.
Девочки радостные от того, что у них появился свой дом, блистали на сцене молодостью и красотой, воспламеняя сердца даже старых хрычей, что после представления ехали не домой, а к весёлым дамам.
Виконта Ниленго тут принимали только что не расстилая перед ним ковровую дорожку, и забронированный за ним столик, в его отсутствие стоял пустым, даже если всё вокруг было переполнено. Но стоило ему занять место, как выступающие девчонки каким-то неуловимым образом давали понять, что видят его в зале.
На праздничной неделе Никита посетил несколько выставок, спектаклей и бесконечное число приёмов едва успевая уклоняться от ещё большего числа приглашений. История с обретением сына и внезапным оздоровлением графа Ниленго успела обрасти в обществе таким количеством легенд, что они стали буквально звёздами салонов.
Никите всё это не нравилось, а граф буквально блистал в свете, пополняя число своих постельных побед очередной красоткой.
Фестиваль заканчивался Большим Приёмом у императора, и Никита с приёмным отцом естественно были приглашены.
Ольгар заставил Никиту пошить полувоенный френч оливкового цвета и надеть пояс с кинжалом, как и подобало юному дворянину из воинского сословия.
Сам он красовался в парадном мундире затмевая сиянием наград полуденное солнце и выглядел очень внушительно.
К воротам дворца они подъехали на огромном чёрном экипаже, купленном графом для поездок внутри столицы, а изрядно обветшавший особняк Ниленго срочно приводили в порядок нанятые строители. Генерал явно перебирался в столицу надолго и всерьёз.
Публика, приглашённая во дворец на этот раз, выглядела исключительно разношёрстной. От представителей крупных земледельческих кооперативов, промышленников и торговцев до модельеров и их моделей, генералитета и отличившихся правоохранителей.
Бал не предполагал никакого официоза. Просто свободное общение, танцы и в зимнем саду непрерывный концерт силами приглашённых.
Император естественно присутствовал, гуляя среди гостей, заговаривая с некоторыми и вообще демонстрируя спокойствие и порядок. Хотя, да. К началу Фестиваля порядок уже фактически восстановлен, а вместе с ним и спокойствие, что правда стоило жизни тысячам людей. Но без этих смертей жертв стало бы во много раз больше, и правоохранители с поклоном принимали награды от императора вручаемые вот в такой насквозь неформальной обстановке. Награды тем более ценные, что с орденскими знаками, в виде довеска, шли всякие приятные вещи, вроде дома, машины или чего-то такого в чём нуждался человек.
— А вот и самый странный подданный моей империи! — Негромко, но внятно произнёс император Дитц восьмой, неторопливо подходя к Никите, стоявшему у колоннады.
— Император. — Никита поклонился.
