— Сам, кого хочешь, достанешь! — не теряется девушка, поднимая с дивана модную сумку. — Ночки, — посылает брюнету воздушный поцелуй, а блондина берет под руку.
— Гер, завтра на работе появлюсь в районе двенадцати: с утра я в суде, — тот утвердительно кивает головой, смотря на меня. Пара выходит за дверь, а мы остаемся наедине.
Ох, тревожно-то как внутри, — сглатываю, переминаюсь с ноги на ногу. — И зачем я соврала, что лесбиянка? — мысленный поток перебивает грубый мужской голос:
— Да ты еще и глухая. Сюда иди, — смотрит выжидающе, а я отмираю. Аккуратно кладу сумку на соседний диван и опускаюсь рядом с ним, пробегаю глазами по бумаге, которую дал.
А от стола так вкусно пахнет, что во рту активно начинает набегать слюна. Последний раз я ела в семь утра, пообедать на работе не успела, а до ужина не доехала: перехватил Сергей Петрович и отправил сюда.
— Я хочу, чтобы ты в договор внесла доп. условия. Вот, переведи на японский, — тыкает пальцем в листок с каракулями. А я щурюсь, пытаюсь понять, что написано. Со всей силы напрягаю зрение, силясь разобрать, что он накорябал. Но нет, безрезультатно. Прямо почерк эскулапа: крючки и загогулины, но смысла ноль.
А он рядом опять пишет, изредка на меня посматривает.
Запахи меня безумно отвлекают, мой желудок на них реагирует жалобным урчанием. Не могу ни одного слова перевести, постоянно сглатываю накрывающий слюнопад. Начинаю паниковать.
— Ты что, заснула? — недовольно сдвинув брови, косится на меня. — Или некомпетентна? — поворачивается, откладывая золотую ручку, а я злюсь.
Писать, блин, научись, а потом людям переводить давай, — ворчу про себя, но вслух стараюсь быть вежливой:
— Ээээ… у Вас почерк своеобразный…Вы не прочтете? — протягиваю ему листок, а он прищуривается. Отвожу от него взгляд, ибо прожигает, не могу соперничать.
— Прочту лишь раз, так что впитывай быстро, — цедит. А я неосознанно хватаю его ручку, готовлюсь конспектировать. Но тут мысли меняют направление. Вскакиваю с места, кидаюсь к сумке, где в кармашке лежит полуразряженный мобильник. А мужчина за моей спиной недовольно цокает.
Неважно, что злится, главное — записать все в точности, — несусь обратно. По дороге ищу в телефоне диктофон. С грохотом плюхаю его на стол и воодушевленно смотрю на босса.
— Ты что, интервью у меня решила взять? — откидывается на спинку дивана, закладывает руки за голову.
Вот не может без своих колкостей, — молчу, терплю, жду.
Двумя пальцами поднимает лист. Читает быстро, негромко. А я тихо радуюсь, что догадалась воспользоваться гаджетом. Потому что в договор надо внести все слово в слово, ведь это юридический документ.
Замолкает, откидывает лист, теряет ко мне всякий интерес. Снова что-то пишет в кожаном блокноте. Я за работу принимаюсь. Нетрудно, подобные контракты переводила не раз, в моей компетенции.
Слышу звон колокольчика, вздрагиваю от неожиданности, поднимаю голову. Но тут же оборачиваюсь, потому что входит официантка.
— Два кофе, — бросает зеленоглазый. — Ты же будешь? — вопросительно смотрит на меня, а я утвердительно киваю в ответ.
Какая — никакая калория в мой голодный организм.
— С молоком и сахаром, — бодро добавляю вдогонку девушке, на что та вежливо улыбается.
Снова погружаюсь в текст, а глаза от усталости слипаются. Буквы, как тараканы, разбегаются в разные стороны. Борюсь со сном, трясу головой, с силой сжимаю и разжимаю веки.
Официантка возвращается. Аккуратно ставит маленькую чашечку с черным жгучим напитком перед ним. А мне подает большой высокий стеклянный бокал на ножке…ммм… с чудесным ароматом корицы. Кофе украшен облаком из сливок и длинной вафельной трубочкой.
Просто расцветаю на глазах. С огромной благодарностью смотрю на официантку, которая в ответ мне по-дружески подмигивает. Готова от счастья ее поцеловать, но не позволяю себе лишнего, только одними губами произношу «спасибо». Она тепло улыбается и выходит.
Поворачиваюсь к боссу, а он давится усмешкой. — Видел, значит. Ну и ладно. — Беру ложечку и зачерпываю кружевную пену, от наслаждения прикрываю глаза. Божественно!
— Я так понимаю, ты решила тут до утра сидеть, — ну вот, все настроение испортил. Быстро делаю большой глоток сладкого напитка и с хрустом откусываю трубочку. — Пусть думает, что хочет, — жуя, возвращаюсь к переводу. — Изверг!
Закончив работу, протягиваю листок парню. Бросаю мельком взгляд на часы. — Мать твою, пол пятого! Как я завтра на работу поползу? — А он мне новый документ дает, бумага исписана с двух сторон. — Издевается что ли? Да я сейчас с русского на русский перевести не способна, — устало кошусь на него.
Он внимания на меня не обращает. Отправляет ежедневник в кожаную офисную папку, берет телефон и начинает что-то корябать. Хочу уточнить, мне что сейчас делать, но боюсь этого нервного.
— Вставай давай, — вдруг отдает команду, а я подскакиваю и отпрыгиваю от него. — Где живешь? — Смотрит своими магическими зелеными глазами. А я, как безвольная, ему свой адрес диктую. — Пошли, — отправляется на выход, а я хромаю за ним.
