— Я тут у мужа на днях выпросила робот-пылесос, — хвастается Светик. — Вещь — супер! Ездит по квартире, сам мусор собирает, бытовуху очень облегчаете. Нарадоваться не могу, — глаза блестят, довольна новой игрушкой. — Я его сегодня первый раз запрограммировала на дневное время, чтобы до моего прихода все вычистил и на зарядку сам встал. Посмотрим, как справился, — вылезаем на воздух, приехали. Подруга недалеко от офиса живет, она осознанно такое место службы искала. Москва огромная, пробки, поэтому учитывала расстояние, чтобы полжизни в транспорте не провести.
— Единственное, собака его боится, нервничает, лает. Но ничего, привыкнет со временем, — поддакиваю, и мне такие штуки по душе, но пока не по карману.
Заходим в подъезд обычной панельной девятиэтажки, на лифте поднимаемся на шестой. Светка в бауле чем-то шуршит, ключи выискивает, я по сторонам озираюсь, неприличные надписи на стенах читаю. А что, чем не развлечение?
Подходим к 120 квартире, открывает. Зеваю во весь рот, устала, но надо бодрствовать, а то всю молодость можно похерить.
Странный, горький, очень неприятный аромат неожиданно достигает моего носа. Морщусь, отшатываюсь назад. Автоматически прикрываю тыльной стороной ладони лицо, пытаюсь бороться с тошнотворным рефлексом. А Светка испуганно в помещение влетает, осматривается, ойкает.
Мне неловко за свое неприличное поведение: все-таки в гости пригласили, надо потерпеть. Не у всех в доме розами пахнет. Поэтому, переборов чувство отвращения, ступаю за ней и понимаю, почему девушка, раскинув руки в стороны, стоит в полном шоке.
Моему взору предстает ухоженная, современная жилплощадь, небольшая, но уютная и по-женски теплая, с недавно сделанным ремонтом. Но смрад витает такой, что дышать абсолютно невозможно.
Взгляд падает на светлый с серыми полосами ламинат, и я, прикрыв рот рукой, тихо начинаю давиться от смеха, потому что по всей поверхности пола ровным, гладким слоем размазаны собачьи экскременты.
Видимо, песик, испугавшись необычной рычащей штуки, обделался и не раз. А воспетый моей подругой незаменимый прибор — робот-пылесос мирно растащил и раскатал тонким слоем зловонные какашки по всему периметру. И теперь эта некогда милая, светлая квартира выглядит будто обгаженный общественный туалет где-нибудь на трассе.
Светка от ужаса начинает причитать и чуть не ревет, а я не могу смех удержать. Хватаюсь за живот, ржу, как конь. Вот тебе и чудо-помощник!
— Ладно, не расстраивайся, — пытаюсь успокоить разбушевавшуюся подругу, которая орет благим матом и угрожает расправой живности, трясущейся под кроватью. — У меня где-то был телефон клининговой компании, — быстро пролистав контакты, нахожу нужный номерок: не самим же эту «какАфонию» вычищать. Все понимаю, не дешевое удовольствие, но не обессудьте, я в это вонючее дельце не полезу.
К счастью, быстро нахожу, тут же набираю. Певучий женский голос бодро озвучивает приличную сумму за ночной вызов. Оповещаю о цене подругу, интересуюсь, устроит ли.
Светка сначала заявляет, что без труда справится сама, но после тщательного осмотра «зачуханной» жилплощади с горестным вздохом соглашается. И мы в срочном порядке приглашаем бригаду помощников.
Отказываться от долгожданного свидания совсем не хочется, поэтому мы с приятельницей, как две бомжихи, с бутылкой вина, чайными стаканами и треугольниками мягкого сыра с грибами располагаемся на подоконнике лестничной площадки. Пока квартиру убирают, весело болтаем и громко смеемся над всем подряд.
Алкоголь быстро стирает остатки гнева с пухленького лица подруги, да и меня отлично расслабляет. И не важно, что часы показывают половину второго, а завтра рабочий четверг. Спать уже не хочется. Перегорела или просто организм смирился с жестоким графиком? Непонятно.
Пару раз выскакивала и отчитывала нас, как незрелых разбушевавшихся подростков, худенькая маленькая бабулька из соседней квартиры. Грозилась вызвать милицию, если мы не перестанем нарушать общественный покой. Но мы ее плавленым угощением приманили, налили пару капель горячительного, после чего она мигом остыла и, мило скалясь, уплыла восвояси, больше не появляясь. Видимо, бессонница отступила.
Уборщики ухитрились выцыганить еще больше денег, чем предсказывала оператор. Брызжа слюной, утверждали, что по прайсу выскреб говна идет по двойной ставке, и отказывались покидать квартиру, пока их не отблагодарят по прейскуранту.
Светка долго с ними спорила, требовала скидку за уборку оптом, но все же смирилась, потому что ноги от усталости еле держали. Отдала кровно заработанные. И лишь после этого нам было дозволено вернуться в личное помещение.
Зловонное амбре изгнать до конца не удалось, к нему еще добавился и едкий запах химических средств, поэтому всю ночь мы почивали с открытыми настежь окнами и балконной дверью.
Утром еле поднимаемся, головная боль беспощадно терзает мозг, жутко ноют виски. По дому бродим, как два призрака, даже завтрак не помогает поднять уровень зарядки.
