Лина дарила себя Люку всю, без остатка, и не могла не думать о том, что с ним ей настолько хорошо, как еще не было ни с кем, хоть какой-никакой сексуальный опыт у нее имелся и до него. Они словно дополняли друг друга. Их тела сплетались так естественно в древнем танце любви, что ей казалось, будто он создан для нее. И немного больно становилось от мысли, что все это когда-нибудь закончится. Люк получит свой долгожданный артефакт и больше не будет нуждаться в ее услугах. Лина же боялась к тому времени прикипеть к нему настолько, что придется заново учиться жить без него. Но об этом всем она если и думала, то мимолетно, улавливая отголоски мыслей, лишь их послевкусие. Сейчас она просто наслаждалась, имея возможность обнимать, целовать его и касаться так смело, на что только решалась. Сейчас он был только ее. И чувства эти настолько захватили ее, что она забыла о той жизни, что осталась в реальном мире, мама и Егорка на время остались за кадром.
Несмотря на приличные размеры, в сумку Люка все равно поместилось неприлично много всяких нужных вещей. Оттуда он достал огромную палатку, которую ловко установил поближе к озеру. Там же прятались, пока не были выужены на свет, пышные спальники, постельное белье и одеяла. Когда показался край мангала, Лина уже не удивлялась и не считала сумку самой обычной. Это же как скатерть-самобранка, только в более широком смысле! А Люк все доставал и доставал из сумки разные мелочи, которых уже набралась целая гора возле палатки. Ну а когда рядом с мангалом он поставил кастрюльку с маринованным для шашлыка мясом, то Лина не выдержала и прокомментировала.
— Мог бы прихватить сюда просто кухню и Викторию Сергеевну для кучи.
— Мог бы, — тут же отреагировал он, и она не выдержала, засмеялась, так комично он сейчас выглядел — в фартуке, повязанном прямо на голый торс. — Но на природе я люблю готовить сам. И уже очень давно этого не делал. А сейчас так голоден, что рискую умереть от истощения, — и он принялся разводить в мангале огонь.
Вот уж о чем Лина даже не помышляла, так о том, что будет сидеть на берегу странного озера, прислушиваться к плеску воды над головой и есть мастерки приготовленный шашлык. При этом иногда ее будет целовать очень красивый мужчина, к которому ее влекло неимоверно, но она даже примерно не знала, как к нему относится. Сейчас, прижимаясь к его плечу, она не чувствовала ни злости, ни раздражения, лишь что-то теплое и приятное перекатывалось в душе, не позволяя ей успокоиться, заставляя быть в тонусе. Она забыла все недомолвки и ссоры, и характер Люка уже не казался ей скверным, как и отчасти она находила оправдание его мотивам. Но была ли это любовь? Вопрос так и оставался без ответа, хоть и мелькал периодически в мыслях. Какая должна быть настоящая любовь Лина не знала, да и Люк выглядел каким угодно — заботливым, внимательным, сгорающим от желания, но влюбленным ли? Да и разве может зародиться это чувство между такими разными, как они, людьми?
После сытного и раннего ужина они лежали, обнявшись, на траве и смотрели на алеющую над головой воду. Лина удобно устроила голову на плече Люка и недоумевала. Вот ведь выглядит, как обычный закат, только нет ни солнца, ни горизонта. Сплошной обман зрения.
— Как так может быть, что над головой вода? — тихо произнесла Лина и собственный голос показался ей журчанием ручейка.
— Не стоит искать научного объяснения явлениям в мире, где царит магия, — отозвался Люк. — К этому можно только привыкнуть и принимать как должное.
— Это точно…
И снова на какое-то время повисло молчание, пока Люк его не нарушил:
— Знаешь, ни с одной женщиной мне раньше не было настолько хорошо.
Голос его прозвучал задумчиво, словно он и сам не верил в то, что говорил. А Лина аж задохнулась от небывалого наплыва эмоций. Если это было не признание, то что-то очень близкое к тому. И никогда еще Люк не говорил ей ничего подобного. Так ей захотелось отплатить ему тем же, что она сказала:
— Мне тоже.
И тут же вернулась мысль, что все это слишком кратковременно, как кусочек вкусного пирога, который ты ухватила, чтоб потом всю жизнь хотеть попробовать снова, но у тебя нет рецепта. Слезы навернулись на глаза Лины, и чтоб прогнать их, она решила сменить тему.
— Люк, а помнишь… ты обещал меня научить левитировать? Кудряшки мне как-то рассказали, что в вашем мире это умеют делать все.
— Хочешь попробовать сейчас? — воодушевился он, но не раньше, чем подарил Лине один из своих волшебных поцелуев.
— А можно?
— Ну а почему нет… Если, конечно, не испугаешься.
— А это страшно?
— В первый раз, наверное, все страшно, — серьезно ответил он, встал и помог подняться ей.
Слава богу, на этот раз он был в одежде. Видеть его постоянно голым и умудряться не возбуждаться у Лины не получалось.
Люк подвел ее к кромке тумана и принялся водить в воздухе руками, пока туман не расступился, открывая взору подобие дорожки, что, мерцая, убегала вдаль.
