Ну, не-е-ет, это перебор. На него-то Кавьяр точно не похож. Разве что деспотизмом своим и жестокостью, да и то — второй рейх направлял весь свой дебилизм на массы людей. Геноцид. Поэтому столь нелепое сравнение вызвало у меня идиотскую улыбку, которая тут же привлекла внимание стройной дамочки, нагло пожирающей грека глазами.
Господи, есть ли на свете хоть одна баба, не желающая быть «отодранной» этим придурком? Что за человек? Чем так привлекает?
Но, наблюдая за плотоядной ухмылкой Клио, до меня дошло, что дело как раз-таки в его самоуверенности и вечном круглосуточном вожделении. Это как будто излучение какое-то, альфа-излучение, поражающее мозг представительниц женского пола. Или магнетизм особый?..
— Эта… юная особа — твоя девушка? — в начале предложения красотка запнулась, видимо, не зная, как помягче обратиться.
Кавьяр, который несмотря на то, что обнимал меня, посмотрел так, словно только что увидел.
Блядь, урод озабоченный, явно мысленно уже трахается с этой стервой.
— Да, познакомься, Мерилин, это Летти, — кивнул грек, наконец, отодвинувшись, и с ловкостью фокусника-иллюзиониста подхватил с подноса мимо проходящего официанта два бокала шампанского.
Мерилин с нескрываемым отвращением осматривала меня с головы до ног. Не могла не ответить тем же. Высокая, на голову выше меня, с округлыми формами и отнюдь не скромным нарядом: черное платье в пол, с глубоким декольте, открывающим обзор на красивую полную грудь. В принципе, туда Кавьяр и поглядывал с завидной регулярностью.
— Очень приятно, Летти, — протянула дамочка худую руку, которую я слегка пожала.
Противно дотрагиваться до того, кто смотрит на тебя как на вещь.
А до грека, значит, не противно?
И тут же последовал мысленный ответ: «Он — мужик, а ты вроде к женщинам слабости не питаешь. Так что умолкни уже. Кавьяр — это другой объект ненависти, и ненависть эта совершенно иная…»
Вот так оправдавшись перед собой, я мило улыбнулась своей «сопернице» и приняла из рук Клио бокал с игристым напитком.
— Вам повезло с мужчиной, — продолжила лицемерка беседу, откидывая назад свои белокурые локоны.
— Да, Вы правы, Мерилин, — краем глаза заметила, как Кавьяр уставился на меня, естественно наслаждаясь этой глупой игрой.
Что за херня? На кой-черт притворяться? Правила у них, видите ли. Снобы и ничтожества.
— У Клио потрясающий характер. Настоящий воин. А эта хищная грация… — вновь сверкнула глаза-льдинками Мерилин.
На этот раз и грек, и эта дура ожидали моего ответа, наверняка не подозревая, что я вообще осмелюсь ответить. Но осмелилась ведь и ответила:
— Жаль, Мерилин, что Вы только это разглядели в Клио. У него невероятно интересный внутренний мир. Мне было сложно поначалу, но… — одарила Кавьяра томным взглядом. — Все получилось, — снова посмотрела на дамочку. — Теперь у нас полная взаимность…
Подалась немного вперед и как будто по секрету призналась:
— И в спальне тоже. Понимаете, о чем я?
Побледневшая, скорее от гнева, чем от изумления, тезка Монро вдруг отшатнулась от меня и, сверкнув глазами в сторону Кавьяра, удалилась.
Ну, а грек улыбался. Во весь рот. И прямо засиял.
— Успокойся, — бросила, разглядывая толпу. — Это всего лишь слова, которые сказала бы твоя девушка.
Клио опять вернул свою руку на прежнее место и загадочно улыбнулся.
— Чересчур правдоподобно, — пробормотал мне на ухо. — Особенно если учесть твою неспособность лгать.
Мурашки, мать вашу, пошли прочь!
— Похоже, ты ошибался.
Но Кавьяр не успел ответить, потому что к нам подошли двое мужчин. Затем присоединилась пожилая женщина. Потом они ушли. И вновь — мужчина, женщина, мужчина…
Я сбилась со счета и перестала запоминать имена. В принципе, после разговора с Мерилин как-то само собой отрубило память. Или просто за месяц «тюремного заключения» мой мозг атрофировался?..
Было около десяти часов вечера. В большинстве своем мужчины дымили сигаретами, как и многие женщины, и весело смеялись, перекрикивая громко играющую музыку. Дамочки раскраснелись от алкоголя и начали позволять себе непристойности. Пришлось попросить Клио проводить меня в уборную — хотела немного побыть одна. Конечно, и там не смогла скрыться, потому что постоянно кто-то входил-выходил, хлопая дверью.
Вернувшись в зал, Кавьяр вновь был удачно пойман какой-то вульгарной женщиной, которая увела его в неизвестном направлении. Свет приглушили, поэтому интимная обстановка создавалась сама по себе. В какой-то момент мне даже страшно стало, как бы это… оргию здесь не устроили.
Перед тем как за моей спиной раздался незнакомый голос, успела заметить грека на кожаном диванчике, стоящем в другом конце зала. Там располагались круглые столики, кресла и вот такие диваны, на одном из которых и развалился Кавьяр, а верхом на этом придурке восседала та самая Мерилин.
Меня затопило с головой. Вот правда. Неожиданно и сильно накрыла злость, обида и непонимание. То, чем они занимались, сомнений не вызывало — стерва эта подпрыгивала.
Что за блядская организация с блядским коллективом?
— Мисс? — мужской и очень приятный голос.
