Обернувшись полотенцем, вышла из ванной комнаты и уже хотела пойти к нему на кухню, как подумала, что слишком все просто для него будет: я после душа, почти обнаженная… Поэтому подхожу к его шкафу и, открыв его, снимаю с плечиков белую рубашку. Я всегда считала, что девушка в мужской рубашке выглядит очень сексуально. Вот и я теперь хочу испытать это чувство: когда лишь от одного взгляда на меня глаза Эрика загорятся неистовым пламенем страсти.
Выхожу из спальни и иду в направлении шума, и это вовсе не кухня. Эрик, в штанах и без рубашки, стоит у входной двери в такой стойке, как будто за кем-то только что закрыл дверь и замер в раздумье.
Прислонившись к стене, спрашиваю:
— Кто-то приходил?
Эрик будто очнулся, дергается и смотрит на меня сначала непонимающе, а после окидывает меня с ног до головы озорным и одновременно хищным взглядом.
— Моя кошечка решила меня раздразнить? — делает шаг ко мне, потом второй, а после я и не успеваю сообразить, как он оказывается рядом, рывком хватает меня и закидывает на свое плечо.
— У тебя получилось меня раздраконить, и сейчас ты мне ответишь за то, что мы вновь пропускаем ужин.
Кидает меня на мягкую кровать.
— Эрик, — смущенно возмущаюсь я, ведь думала, что все будет несколько иначе, медленнее…
Но он меня не слышит. Его глаза горят озорством, он что-то задумал и теперь хочет воплотить свою идею.
Одним движением поворачивает меня на живот и, вытянув руки вверх, привязывает их длинными манжетами «моей» рубашки к изголовью кровати.
— А теперь, моя дорогая, встань на коленки.
— Ты что планируешь?
Я ничего не вижу, его не вижу и не могу разгадать его намерений.
Вдруг его рука касается моей щиколотки и следует вверх по ноге…
— Аля, не будешь слушаться — накажу… — загадочно тянет Миллер.
Ох, черт, он хочет поиграть в доминирование?!
Медленно подтягиваю колени, его рубашка, до этого прикрывавшая мою голую попу, в данный момент ползет вверх и оголяет ее перед взором Эрика.
— Молодец, девочка, — низкий голос мужчины проходит по всем моим нервным окончаниям, пульс учащается, неосознанно начинаю дышать глубоко.
Таинственная неизвестность интригует, манит узнать, что же будет дальше, требует продолжения… И оно наступает.
Рубашка окончательно сползла к груди, оголив выпяченную вверх попу. Ладонью Эрик оглаживает мои ягодицы, каждую по отдельности, заставляя меня трепетать от ожидания того, что произойдет. Что он задумал?
— Ты даже тут прекрасна… — произносит еле слышно, от чего все чуть ниже живота стягивается в тугой узел.
Я жажду его прикосновений, именно там, в моем самом сокровенном местечке. Я даже ощущаю прохладу комнату сейчас, и отчаянно желаю согреться в его объятиях.
Нежными, плавными движениями он спускается ниже, к моим складочкам, и медленно проводит по ним вверх и вниз.
О да! Еще!
— Ты уже течешь…
О черт, да! Я уже его хочу!
Его палец входит в меня и вновь совершает движение вверх и вниз… подстраиваюсь по его ритм и двигаюсь с ним в такт.
Неожиданно все прекращается, и я готова всхлипнуть от сожаления… Но после я чувствую тепло, там что-то объемное и немного шершавое слизывает влагу от одного края к другому… Это… Ох… Волна наслаждения простреливает все мое тело. Он прикоснулся ко мне языком!
Не удержавшись, валюсь на кровать, и тут же по моей попе прилетает ощутимый шлепок.
— Встань на колени, посильнее раздвинь ноги и больше не двигайся, я запрещаю, ты меня поняла, кошечка?
Как он может требовать такое? От его оральных ласк я не устою…
— Ой! — взвизгнула от боли, так как рука Эрика вновь прошлась по моей бедной попе.
— Я задал вопрос, кошечка, ты должна отвечать, если у тебя спрашивают. Ты будешь неподвижна?
— Да, — отвечаю, но совсем не уверена, что выдержу.
— На колени встань и раздвинь их пошире.
Шумно дышу в подушку, подтягивая колени к себе и раздвигая так, как хочет он.
— Молодец, кошечка, — поощряя за послушание, он вновь нежно проводит по ягодицам, как бы заглаживая ту боль, которую только что причинил мне.
И, как ни странно, небольшое жжение, которое было до этого, действительно сошло. Я вновь горю от ожидания ласк, которые Эрик подарит мне.
Его язык медленно и нежно ласкает мои складочки, играет с ними, иногда ускоряясь, а порой проникая внутрь, то двигаясь хаотично, тем самым испытывая меня на прочность. Я напрягаюсь всем телом, скулю, кусаю подушку, сжимаю пальчики на ногах и отчаянно стараюсь находиться в одном положении, но с каждым движением его языка внутри меня мне это дается все тяжелее и тяжелее. Обе ягодицы тоже оказались в желанном плену его сильных рук, которые то сжимают, то оглаживают.
— Эрик, — выкрикиваю его имя, не в силах терпеть уже эти ласки, я с ума сойду от этих чувств, я как будто в плену, но в сладком и возбуждающем, — пожалуйста…
Но он не слушает, а лишь увеличивает темп, одновременно пальцами стимулируя мой клитор, а второй рукой очерчивая еще одну мою дырочку. Я схожу с ума, хочу чтобы он взял меня сейчас как можно жёстче, неистово, так, как будто это наш последний раз. Я уже слышу почавкивания, и мне не стыдно, а запредельно хорошо. Он сумасшедший! Что он творит со мной!
