Вот они идут на озеро, в котором Вика уже плавала как русалка. Вот на берегу делают шашлык, из папиного старенького «форда» играет музыка, Вика с мамой танцуют в мокрых купальниках.
— Молодец, что научилась так хорошо плавать, — подмигивает папа, переворачивая шампур. — Вот увидишь, однажды, к-а-а-к возьмем да все море переплывем! — И заливисто смеется.
Откладывает шампур и подходит к Вике, садится на корточки, берет ее за руки и становится очень серьезным.
— Ты помнишь, чему я тебя учил, бусина? — хмурит он брови и… резко поворачивается к стоящей рядом уже большой Вике.
— Никогда не поддавайся панике.
Отец встал, и его образ вместе с картинкой начал смазываться. Словно со стороны Вика услышала его голос: «Я с тобой, дочь! Думай холодной головой, будь хитрой, играй, пока тебе не начнут верить. И только когда ты наверняка убедишься, что вошла в доверие, действуй!..»
А потом в голову проникли женские голоса.
Вика открыла глаза и еще несколько минут приходила в себя после такого сна.
«Папа… он хотел меня предостеречь?..»
За долгие годы работы в полиции отец Вики многое повидал. И чтобы зло обходило стороной его любимую бусину, он чуть ли не каждый день проводил с ней воспитательные беседы, как нужно выходить из разных ситуаций.
«Даже сейчас ты пришел ко мне во сне, чтобы помочь отсюда выбраться, папочка…» — всхлипнула Вика.
— …Фу, а мне сегодня достался осьминожка, — посмеялась Тина, вешая в гардеробной платье. — Сейчас буду всю ночь от него отмываться. — Девушка поморщилась и повернулась к Вике.
— Осьминожка — это клиент, у которого как будто не две руки, а все десять! Если он тебе попадется, то учти, он засунет их во все дыры.
— У меня не лучше, — вздохнула брюнетка, кажется, Кира. — Пока вы развлекали в сауне этих жирных хряков, я рыжему старикашке показывала касатку в бассейне. Плавала и свистела как полоумная, а он сидел на шезлонге и наяривал! Тоже мне любитель флоры и фауны! — закатила глаза девушка и зашла в ванную комнату.
Девочки полночи обсуждали их выезд, смеялись, обзывали клиентов всякими словечками.
Вика смотрела на их лица и недоумевала.
«Неужели к жизни в заточении и правда можно привыкнуть?»
Затем перевела взгляд на Марго. Бывший следователь и Натали были единственными, кто легли спать. А все остальные веселились.
«А может, эти девицы и не рвутся на свободу? Может, им здесь хорошо и они не пытаются отсюда сбежать? — Вика задумчиво кусала губу. — Нужно держаться рядом с Марго и Натали. Они наверняка перепробовали кучу способов свалить из этих стен. И если они еще здесь, то все эти способы были провальными. Я должна узнать у них, чего точно не стоит делать, чтобы не повторять тех же ошибок. А дальше мы вместе что-нибудь придумаем. Хотя… у меня уже нарисовался план. И если он сработает, то я сделаю все, чтобы освободить и девчонок».
Когда девочки разбрелись по кроватям и в комнате воцарилась тишина, Вика обдумала свой план.
«Войти в доверие, — вспомнила она слова отца. — Значит, нужно вести себя естественно, делать вид, что напугана. Ведь если сразу притворюсь, что мне плевать на то, что меня похитили, это точно вызовет подозрение. Что еще? Ага… Надо показать, что готова работать на них, лишь бы выжить. Моя задача — как можно скорее получить первого клиента. И… тогда я сделаю все, чтобы уговорить его мне помочь. Впрочем, даже одного телефонного звонка будет достаточно».
Утром Катерина принесла Вике красивое нижнее белье и пару платьев, сделала ей яркий макияж, уложила волосы и повела за собой в фотостудию.
Внутри фотостудии был полумрак, посреди большого помещения стоял небольшой изящный диванчик, в углу — кровать, заправленная красным шелковым покрывалом, на котором были разложены белые лепестки роз.
— Так-так-так, кто у нас тут? — Вика вздрогнула от громкого голоса, и мимо нее быстрой походкой прошел мужчина с фотоаппаратом в руках. - Садись на диван!
Вика послушно выполнила его просьбу. И… началось!
«Повернись туда, посмотри туда, подними подбородок, добавь страсти во взгляд, сделай так, теперь вот так, что ты скукожилась, как член в холодной воде? Расправь плечи! Покажи свою грудь, дотронься до нее. Страсти, страсти, огня! Дай мне больше огня!» — порхал вокруг нее фотограф.
Вика послушно выполняла все его указания.
Она знала: чем раньше будет готово ее портфолио, тем быстрее ее будут предлагать клиентам.
А сбежать она планировала при помощи первого же клиента.
«Он точно прислуживает дьяволу!» — злилась про себя Вика. Затем перевела дыхание и снова закружилась на пилоне.
Она двадцатый раз показывала боссу свой номер, но его снова что-то не устраивало.
Слава богу, Вахо не «пробовал на вкус» ни одну девочку. Наоборот, казалось, он даже брезговал ими. Был достаточно груб, относился как к скоту.
Скоту, приносившему ему деньги.
— Мне не нравится, как она смотрит, как говорит, как танцует! — кричал он на репетиции. — Катерина, у тебя был месяц на то, чтобы подготовить эту девку. Ме-сяц! — прочеканил Вахо.
