Игры богов (СИ) полностью

Сперва я вскрыл замки на сундуках. Дело это оказалось нетрудным. Замки, как и сами сундуки, были очень старыми. При желании их можно было выломать и так, с пары ударов, но если есть навык взлома, почему бы им не воспользоваться?

В сундуках рядовых разбойников было мало ценного. Одежда, да разная мелочёвка, вроде курительных трубок, огнив, пары колец и прочей чепухи. В одном сундуке нашлось несколько свитков и пара книг. Ещё в одном — целый набор различных зелий и ингредиентов для их варки.

Помимо прочего, я нашёл неплохой топор, разделочный нож и пару хороших сапог.

Когда с этим было покончено, я занялся отдельными комнатами. Обставлены они были не в пример лучше, чем общие. В каждой, помимо сундука и койки с топчаном, стоял стол. На стенах висели полки, а под потолком — большие светильники, горевшие довольно ярко, что позволяло читать при их свете.

В первой из таких комнат лежало на полу, под койкой и висело по стенам много музыкальных инструментов. На столе стояла целая стопка книг о музыке, пении, танцах и актёрском мастерстве. На полке, рядом с красивой резной шкатулкой и подсвечником на одну свечу, находились несколько книг в тёмных переплётах. Темы их оказались весьма странными и даже пугающими — тёмная магия, ритуалы с жертвоприношениями и мастерство убийства.

Под столом нашёлся небольшой походный алтарь в виде чёрного металлического куба с красной семиконечной звездой на боку. Под подушкой лежала ещё одна книга, обтянутая чёрной кожей — «О служении Марауду Сладкоголосому». Божество песен, танцев, музыки и творчества не чуралось и заказными убийствами, видя в них также творческое проявление личности. Странный товарищ.

Книгу я, на всякий случай, забрал с собой. Мало ли, попадёт в руки какому-нибудь неискушённому охотнику, и начнёт тот петь, плясать, да убивать на заказ… Жуть.

В шкатулке лежал золотой кулон на цепочке и несколько колец. Она, со всем своим содержимым, также отправилась в сумку.

В сундуке, кроме пары плащей и комплектов одежды, нашёлся замаскированный под флейту кинжал, струна-удавка и небольшой, компактный арбалет в разобранном виде. Такой было легко спрятать под плащом и выстрелить в не защищённого доспехами человека. К нему прилагался небольшой комплект коротких болтов.

Под койкой обнаружился тайник с двумя кошельками. Один был набит золотом, в другом лежали крупные драгоценные камни. Оба кошелька я забрал, как и флейту-кинжал, арбалетик и болты к нему, а заодно и все книги, алтарь и музыкальные инструменты — всё равно сумка пространственная. Потом продам ценителям, а алтарь сдам местной инквизиции или церковникам.

Вторая комната была более аскетична. Стол был чист. На полках — девственная пустота. Даже светильника не было. Только под койкой нашёлся небольшой, свёрнутый в рулон, коврик серого цвета с фиолетовым рисунком и небольшая книжица — «Арадост Недремлющий».

Полистав книжицу, я пришёл к выводу, что этот Арадост неоднозначен. Он относился к нейтральным божествам и требовал от своих последователей аскетизма и отсутствия привязанностей, дабы не зависеть ни от чего и ни от кого, и всегда быть настороже, даже во сне. Всех, кто имел какую-то собственность, он считал излишне обременёнными и вменял в обязанность своим адептам лишать этой собственности любыми способами, включая воровство и поджог. Так он «нёс благо, ибо ничто земное не последует за нами за грань жизни».

В сундуке лежала пара штанов и рубаха.

Книжицу и коврик, заменявший алтарь, я тоже сунул в сумку и пошёл на выход.

Третья комната оказалась самой интересной. Помимо различной жуткой атрибутики, развешанной по стенам, вроде засушенных летучих мышей, отрубленных лап животных и пучков каких-то растений, на одной из стен висел кинжал. Изогнутый, весь в зазубринах, не то воронёный, не то выкованный из очень тёмного металла, он производил отталкивающее впечатление. Не хотелось к нему прикасаться вообще, словно он мог заразить какой-то страшной болезнью. На его лезвии были отчётливо видны бурые пятна.

На полках стояли книги по ритуалистике, настоящий человеческий череп, и небольшая лампадка, заполненная пахучим маслом.

На столе была разложена карта окрестностей города Грелейда, в переводе «Серокаменного». Без труда я нашёл Беловидовку и ещё несколько деревушек. Вещь, несомненно, полезная.

Сворачивая карту, я задумался, а зачем она тут нужна? И тут вспомнил системное сообщение, которое получил, когда разрушил алтарь. Выходит, теперь начнётся передел божественной власти? Войны, интриги и заговоры одних божеств против других? И меня, небось, попытаются в неё втянуть, раз это моими стараниями всё началось. С другой стороны, судя по атрибутике, развешанной по стенам, вряд ли кому-то станет хуже от того, что этот Сабред отправился куда-то прочь из этого региона.