Игры богов (СИ) полностью

На углу стола лежал дневник вестника белокожего, исходя из которого, у последнего были определённые планы на пресловутую печать архимага. С её помощью он хотел укрепить своё влияние, возможно, в обмен на неё заставил бы градоправителя построить святилище или храм в свою честь. А оно вон как всё обернулось.

Забрав карту и дневник, я продолжил осмотр. В сундуке также не нашлось ничего ценного, кроме шмотья. Зато под койкой я обнаружил тайник, а в нём, помимо тугого тяжёлого кошелька, небольшого деревянного футляра, обтянутого кожей и маленького мешочка с длинным шнурком, имелась и сияла маной небольшая коробочка, внутри которой лежал тяжёлый, массивный перстень из бледно-жёлтого металла с огромным восьмиугольным плоским камнем, исчерченным рунами. Та самая печать архимага Каторуса.

Я выгреб всё из тайника, забрал кинжал, на всякий пожарный, книги и вышел на свежий воздух. Амалия уже перенесла сюда всех разбойников. Живых сгрудили вместе, обыскали и крепко связали руки и ноги, а рты заткнули кляпами. Убитых уложили в стороне. Я применил описание к разбойникам. Уровни от тридцатого до сорок пятого, классы разнообразием не блистали — лучники, грабители, головорезы, маг, да чародей. У вестников особых классов не было, зато были титулы. Все трое и черноволосый бородач, едва не порубивший меня в капусту, были Героями. У вестников, помимо геройского титула, был и вестнический с указанием покровителя. Похоже, они были костяком банды, а остальные присоединились к ним позже.

Закончив с осмотром, я послал Амалию в деревню с докладом старосте, а сам устроился возле потухшего костра и начал есть кусок жареной лосятины.

Кстати, вопрос с трофеями мы со старостой не обговаривали. Я думал всё, что я выгреб из землянок, присвоить себе. Особенно меня заинтересовал футляр и мешочек, найденные в тайнике. Но разбираться с ними на глазах у старосты, а тем более разбойников, я не буду.

Рядом уселась хмурая Дзинсая.

«Как тебя угораздило попасться, не объяснишь?» — спросил я у неё.

«Это всё тот рофий выродок — вестник, который нас почувствовал! Пока я сражалась с одним из его дружков, он навёл на меня мага, перед тем, как Амалия его оглушила. А тот успел применить заклинание, прежде чем я перерезала ему глотку. А потом Амалию сковал силой своего белокожего божка тот, который тебя хотел на алтарь положить.»

«Ладно, не куксись. Не даром с ними не могли так долго справиться», — попытался я утешить свою боевую эльфийкку.

«Ты не понимаешь! Я оказалась слаба, слабее, каких-то вшивых лесных жителей! Это… просто позор!»

«Но, мы в итоге справились, разве нет? И в этом немалая доля твоей заслуги.»

«Ага, справились… Если бы у них был не каменный алтарь, а железный или ещё какой… Лучше быть рабой у наземников, чем видеть, как тебя приносят в жертву мерзкому мелкому божку, не достойному даже малой толики силы…»

Дзинсая отвернулась, но её эмоции и так были для меня, как на ладони. От эльфы просто веяло раздражением, обидой, злостью и гневом, и я решил её пока не тревожить. Надо было дать ей время успокоиться и принять тот факт, что даже она со всей своей выучкой иногда может быть побеждена.

Вскоре Амалия сообщила, что из деревни выехали три повозки и два фургона в сопровождении двух десятков человек. Спустя некоторое время, сопровождавшие показались в лагере и начали перетаскивать всех разбойников, включая убитых, в повозки, на которые были поставлены большие клетки, чтобы самим отвезти их в город.

— Староста поехать с нами не смог, — сказал старший, — поэтому просил тебя вернуться и зайти к нему.

— Я понял. Мы отдохнём немного и двинемся в путь.

— А лихо вы их заломали, — произнёс мужчина в кожаном шлеме и стёганном доспехе, который в первые моменты, увидев мои глаза, судорожно стискивал рукоять топора до побелевших пальцев. — Ладно, удачи.

— А с их припасами что делать? И награбленным?

— Это мы всё отвезём в деревню. Не зря же мы три повозки пригнали, да столько людей.

Погрузка заняла очень много времени. Повозки и фургоны остались на тракте, и всем пришлось таскать ящики, сундуки, бочки и бандитов через лесную чащу. Перед этим я обозначил и разрядил наставленные разбойниками ловушки.

Почти все пожитки лиходеев уместились в крытый фургон. Туда же устроились и мы с девушками. Двое возниц оживлённо беседовали о своём и делились впечатлениями о проделанной нами работе, и, вроде бы, на нас не смотрели, но я всё равно решил повременить с осмотром ценностей, пока не окажемся в закрытой на засов комнате.

Мы подождали, пока в повозки не уложат награбленное. Места едва хватило, чтобы забрать всё одним махом, и вскоре вереница запряжённых лошадьми транспортных средств потянулась обратно в деревню, а одна повозка в сопровождении пятнадцати человек поехала в противоположную сторону.