Откуда-то со стороны банного овражка с топором в руке показался медленный сторожевик Бориска.
— Догнал Яна?
— Да.
— А где он? Чего убегал-то?
— Здесь, отдыхает.
Лесник молча покурил на крыльце, Бориска позевал, пользуясь темнотой. Все вместе пошли в дом пить чай.
Топор сам собой тюкнулся из ослабевших рук Бориски об пол, когда в середине большой комнаты, на полу, он заметил перебинтованного, с закрытыми глазами Яна.
— Это ты его, Глеб…? Он сопротивлялся? Почему?!
— Кто-то до меня успел с ним поговорить. С подробностями Яник никого из нас не знакомил.
Бориска так и не прикоснулся к тяжелой глиняной кружке.
Капитан Глеб сделал себе полстакана очень крепкого чая, лесник задумчиво прихлебывал, изредка хрупая зубами зажатый меж пальцев маленький кусок крепкого белого сахара.
Шума машины они не услышали — сначала только свет фар пробежал с улицы по цветным занавескам.
— Пойду, отодвину ворота.
Пухленькая черноволосая женщина, с квадратным пластмассовым чемоданом в руках, в синей куртке поверх халата еще только входила в дверь впереди лесника, а Глеб уже догадался, как ее зовут.
Вытирая руки о подол, к врачу бросилась растрепанная Люся.
— Беда-то какая у нас, Светочка! Парня-то как избили, изверги! До смерти прямо, голова вся у него в крови…!
— А где все остальные ваши, ну, туристы иностранные… С другими-то ничего не случилось?
Привычными движениями Светлана снимала куртку, оправляла волосы в прическе, раскрывала свой чемоданчик. И очень тревожилась.
— Раненый один? Или и вы тоже?
— Несущественно. Занимайтесь им.
А взглядом медсестра искала другого, беспокоилась не только об этом, который рядом, с головой в крови…
Расторопно измерила раненому пульс, посветила тоненьким фонариком в глаз, ловко приподняв неподвижное веко. Отчего-то нахмурилась. Еще раз задрала Яну рубашку, пощупала ребра, провела пальцами под сердцем. Вытерла свои слезы.
Неслышно ступая по половикам, к Глебу сзади подошла лесничиха.
— Видишь, как беспокоится о своем-то. Ведь у нее же парень есть здесь, ну, мужик, мужчина молодой… Иностранец, да, к Светке приезжает, подарки всегда привозит, ухаживает! В ваших этих пьяных войнушках он не первый раз уже участвует, здесь они со Светой-то и познакомились… Видно переживает, что и с ним чего-нибудь такое же приключилось.
Люся пригорюнилась, глядя уже на Яна.
— Жалко-то как, прямо сил нет! Парнишка вроде тихий такой, приветливый, интеллигентный.
Медсестра подошла к тем, кто был ближе.
— Больной все еще без сознания, нуждается в серьезном осмотре и срочной госпитализации. Везти его в город на нашей «таблетке» категорически нельзя! Я сейчас вызову врача и специальную машину. Немного придется подождать.
Светлана устало присела на деревянную крашеную табуретку. Лесник и Бориска с напряжением наблюдали за их разговором, не приближаясь.
— Милицию будем вызывать?
Посмотрев молодой женщине прямо в глаза, капитан Глеб отрицательно покачал головой.
— Зачем служивых ночью беспокоить? Раненого нашел я, место происшествия могу показать тоже только я. Завтра с утра буду в городе, обязательно заеду в отдел. Все подробно там и доложу.
— Вам виднее.
Медсестра обвела взглядом комнату.
— Людмила Михайловна, не угостите меня вашим чайком-то?
— Ой, Светочка! Конечно, конечно! Сейчас… И чайку горяченького, и вареньица! И поговорим мы с тобой сейчас обо всем, пока доктор-то ваш подъедет…
Одним коротким взглядом Люся приказала мужу убираться из комнаты. Лесник также молча пожал плечами и, пропустив вперед себя непонятливого Бориску и Глеба, захлопнул за собой входную дверь.
Курил свои вонючие сигареты только лесник.
Глеб Никитин ходил взад-вперед перед крыльцом, Бориска сидел неподвижно на перевернутом пластмассовом ведре.
— Кто же мог его так-то?
Бориска встрепенулся, рассчитывая на подробный ответ Глеба.
— Поживем — увидим…
Не сразу, не резко, но рассветало.
Большой лес с восточной стороны не показывал еще сквозь себя посветлевшее небо, но звезды у них над головой уже помельчали.
Лесник поднял голову, внимательно прислушиваясь.
— Доктор?
Действительно, со стороны поселковой дороги тихонько зажужжал автомобильный мотор. Хрустнув тяжелыми коленями, лесник поднялся по ступенькам и направился в дом.
— Помоги.
— Чего?
— Помоги ему там, а я встречу врача.
Глеб шагнул к раскрытым уже воротам. Машина, бодро влетевшая на просторный двор, была не специальная, и даже не «скорая помощь».
Хорошенький, новенький, темно-вишневый микроавтобус.
Из кабины с бодрой уверенной улыбкой выпрыгнул на траву Тиади.
— Привет, Глеб! А ты чего не спишь?! Никто же, обычно, в это время здесь на ногах уже не стоит! Замечательная эта штука — Vodka party, но выдерживают ее редкие наши гости!
«Этот персонаж в полном порядке. Жив, здоров. На какого тогда подозрительно раненного иностранца намекал в записке мой адмирал?»
— Ты где был?
Бельгиец щедро улыбнулся.
