– Чего привязался? Если тебе хочется деревенскую, считай, что из деревни.
– Что-то ты не очень разговорчивая. – Её манера ничуть не раздражала Владимира Ивановича, но он готовился к другому.
– Так не для разговоров же на меня потратился.
– Весьма трезвое уточнение, за него непременно стоит выпить.
– А я на работе не пью.
– Прости, я и не подумал, что ты на работе.
– Напрасно остришь, каждый зарабатывает чем может. Главное, сколько. Пить не пью, а закусила бы с удовольствием. У тебя колбаса есть?
– Колбасе я не доверяю, туда всякую пакость гонят, – выкрутился он. – Глазунью могу предложить, яйца свежие, сегодня покупал.
– Давай глазунью, она быстро готовится, и делом заняться хватит времени, не беспокойся.
Владимир Иванович наблюдал, как тщательно вытирает она сковороду куском хлеба и вопреки всей этой обыденности чувствовал, как растёт в нём нетерпеливое желание.
Предыдущую Кристину он провожал с облегчением, а эту захотелось оставить ещё на час.
Но не было денег.
Когда Игорь спросил о здоровье жены, он понимал, что это, в лучшем случае, дань вежливости, а следом прозвучит какая-нибудь просьба или предложение. При постоянном желании где-нибудь что-нибудь урвать он не стеснялся подключать знакомых, если от них была польза, но никогда не забывал поделиться добычей. Теперь ему понадобился рН-метр. Пускаться в подробности по телефону он не стал, просто сказал, что подъедет девушка и ей надо помочь с прибором, детали она растолкует при встрече.
Девушка оказалась моложавой улыбчивой брюнеткой с ямочками на щеках, одетая в короткую дорогую шубку. Такси она не отпустила, поэтому объяснялась чётко и сжато, да и схема, предложенная Игорем, не требовала лишних слов – она оставляет испорченный рН-метр, а он отдает исправный новый и с паспортом. От себя добавила, что прибор нужен срочно и до зарезу, а Игорёк гарантировал, что ей обязательно помогут.
Подвести старого товарища он не мог, сходил на склад и принёс новёхонький, ещё не распакованный. Брюнетка благодарно улыбнулась и достала из сумочки конверт без марки, но с деньгами.
И деньги эти появились очень кстати, потому что дома было пусто. И уже совсем непроизвольно он прикинул – сколько новых Кристин можно позвать на них.
Самым накатанным тактическим ходом Игоря было умение внушить напарнику, что авантюра затевается исключительно ради него, а сам Игорь в ней почти не заинтересован. Владимир Иванович давно просчитал эту маленькую хитрость, но получалось, что с прибора приятель не имел никакого прямого навара. Бескорыстная помощь. Или почти бескорыстная, если не считать улыбчивую брюнетку с ямочками на щеках.
Вспомнил о предыдущей Кристине, с её забавной деловитостью и неподдельным энтузиазмом в постели, которую считала рабочим местом. Появилось искушение повторить встречу, но удержался, а уже потом нашёл объяснение, понял, какому зову он подчинился, на чём выросла его неожиданная тяга, понял, чего ему не хватало. Прописную истину, что не мужчина выбирает женщину, а наоборот, он вычитал в ранней молодости, но никогда не примерял к себе. И благодаря этим случайным женщинам, понял, что всю жизнь лишал себя возможности выбора. Прожил под диктовку жены, согласный с любым её советом, выполняющий любой ее каприз. Случались и сомнения, и недовольства, но никогда не возникало желания бунта, потому что всегда воспринимал себя и её как нечто неделимое.
Даже вызывая очередную Кристину.
Потребовал обязательную возможность выбора и предупредил, что спустится к подъезду, не хотелось поднимать лишний шум на своей лестничной площадке.
Выбирать предстояло из четырёх, три из которых усиленно старались понравиться. Четвертая стояла с безразличным лицом и рассматривала свою варежку на правой руке, которую почему-то забыла снять. Владимир Иванович сразу вспомнил знаменитое ахматовское стихотворение, в котором взволнованная дама на правую руку надела перчатку с левой руки. Но у этой красотки ни намёка на волнение, а вместо перчатки – пестренькая варежка. И дама явно не из благородных. А следом подоспел совсем уже каверзный вопросец – не прячется ли под варежкой протез. Владимиру Ивановичу стало весело, и он указал на нее.
Не только руки у девушки оказались на месте, ноги, грудь и прочие интересные части тела присутствовали в приятных пропорциях.
Спросил, давно ли она этим занимается.
– Со школьной скамьи, – ответила если не с гордостью, то явно без малейшего сожаления.
– Как? В школе на парте?
