Неужели не я до сих пор чувствую прикосновения Грэйсона, попросившего показать ему рану?
– Твой телохранитель не хотел, чтобы я сегодня составила тебе компанию, – сообщила Тея, когда мы свернули на длинную извилистую дорогу. – И юрист тоже. Но я настояла на своем. А знаешь, почему?
– Понятия не имею.
– Дядя и Зара тут ни при чем, – сказала Тея, поигрывая кончиками своих черных волос. – Я поступаю ровно так, как хотелось бы Эмили. Запомни это, ладно?
Вдруг машину резко занесло в сторону. Меня тут же охватила паника – организм запустил реакцию «бей или беги», но ни то ни другое меня бы не спасло, учитывая, что я сидела на заднем сиденье джипа, да еще пристегнутая ремнем. Я посмотрела на Орена, сидевшего за рулем, и заметила, что охранник, занявший переднее пассажирское кресло, схватился за пистолет и напрягся всем телом, готовый кинуться в атаку.
– Держитесь крепче! – скомандовал Орен.
– Что происходит? – спросила я. Слова встали в горле комом, и с губ сорвался лишь едва слышный шепот. Краем глаза я заметила за окном какое-то движение: прямо на нас на огромной скорости неслась машина. Я вскрикнула.
Все инстинкты оглушительно вопили:
Орен снова вывернул руль, чтобы избежать лобового столкновения, но я отчетливо услышала скрежет металла по металлу.
Орен съехал на правую полосу, обогнав машину, которая чуть нас не столкнула. Потом резко развернул джип, проехал по сплошной, и нас отбросило в противоположную сторону.
Я снова крикнула, но крик этот не был ни громким, ни пронзительным. Это был скорее визг, и я никак не могла его унять.
Взвыла вторая полицейская сирена. Я обернулась, опасаясь увидеть позади самое страшное, готовясь к сокрушительному удару, и тут на моих глазах машина, задевшая нас, отлетела в сторону и завертелась на месте. За считаные секунды машину окружили полицейские.
– Мы живы, – прошептала я. В это было трудно поверить. Тело по-прежнему было сковано страхом, казалось, я никогда уже от него не оправлюсь.
Орен убрал ногу с педали газа, но тормозить не стал, как и разворачиваться.
– Что это, черт побери, было? – спросила я таким голосом, что впору было треснуть оконным стеклам.
– Кое-кто проглотил приманку, – невозмутимо ответил Орен.
– О чем он?
Первой моей мыслью было, что в случившемся стоит винить Алису. Я засомневалась в чистоте ее намерений – но реакция Орена показывала, что тут, видимо, замешаны они оба.
– В этом-то все и дело, – повторила Алиса ту же фразу, которую она сказала, когда мы увидели папарацци у бутика. Фирменная твердость ее тона слегка пошатнулась – но не испарилась.
– То есть вы использовали
К Тее, сидевшей рядом со мной, наконец вернулся дар речи.
– Объясните уже, что происходит?
Орен свернул на перекрестке и притормозил перед светофором, на котором загорелся красный.
– Да, – извиняющимся тоном проговорил он. – Мы использовали вас – и себя самих – в качестве приманки. – Он перевел взгляд на Тею и ответил на ее вопрос: – Два дня назад на Эйвери совершили нападение. Наши приятели из полиции согласились мне подыграть.
– Да из-за вас мы чуть не погибли! – воскликнула я. Сердце перепуганно билось о ребра. Грудь сдавило.
– У нас была подстраховка, – заверил меня Орен. – И полицейские, и мои подчиненные. Не стану делать вид, будто вы были в полной безопасности, к тому же, учитывая все нюансы нынешней ситуации, эту самую опасность никак нельзя списывать со счетов. Прогнозы были неутешительные. Особенно учитывая, что переехать куда-нибудь из поместья – не вариант. И мы с Алисой решили не дожидаться новых нападений, а подстроить одно самостоятельно. Возможно, теперь мы наконец получим хоть какие-нибудь ответы.
То есть сперва они уверяют меня, будто Хоторнов бояться не стоит. А потом с моей же помощью пытаются выманить врага из убежища.
– Могли бы хотя бы предупредить, – мрачно заметила я.
– Нам нужно было, чтобы вы ни о чем не узнали. Чтобы