Фред плыл впереди в ярко-желтом спасательном мехе. Его двигатель напоминал огромную рогатку, пристегнутую к плечам позади ранца. Левый ее рог выбросил клуб пара, и Фред изящно сдвинулся вправо. В этот момент мозг Холдена воспринимал собранные у склада грузовые контейнеры как расположенные внизу. Словно они с Фредом погружались на дно безвоздушного океана. Потом восприятие переключилось, и теперь он всплывал к ним ногами вперед. Холден ввел в систему скафандра новые приоритеты, и один контейнер высветился на дисплее зеленым. Цель. Тюрьма или могила Моники Стюарт.
«Ты там как?» – спросил ему в ухо Фред.
Справляюсь, – отозвался Холден, но тут же досадливо скривился и включил микрофон. – Я справляюсь, хоть и не привык к скафандрам вроде этого. Все управление чуть-чуть не такое.
«Зато спасет, если в нас начнут стрелять».
– Спасет, если стрелки не слишком умелые.
«Будем надеяться, что неумелые, – сказал Фред. – Приготовься, я подхожу».
Холден, когда они определили контейнер, ожидал, что за ним тут же пошлют мех, затащат в док и вскроют. Фреду пришлось напомнить ему о возможных ловушках. Система этого передвижного склада помечала его как ожидающий отгрузки, но данные о том, какой корабль должен его забрать, были стерты. Картинка с видеорекордера Моники показывала только загрузочную дверь. Вполне могло оказаться, что она сидит на канистрах с ацетиленом и кислородом, подключенных к той же цепи, что причальные захваты. Замок герметизированной двери тоже мог быть соединен со спусковым крючком. Фред счел наименее рискованным прорезать в двери отверстие и послать кого-нибудь оценить обстановку. А доверить это дело он мог только Холдену.
Фред остановился перед дверью контейнера-склада, массивные лапы меха протянулись к нему за спину и сняли ранец со снаряжением. Старик справился так ловко и быстро, будто всю жизнь только этим и занимался. Он распаковал аварийный шлюз из тонкого пластика, одноразовый резак, два скафандра, сигнальный маячок и маленькую герметичную аптечку. Все это повисло вокруг него в вакууме, словно на невидимых крючках. Холден, немало лет буксировавший льдины, оценил, как мал дрейф каждого предмета.
«Пожелай мне удачи», – попросил Фред.
– Не взорвись там, – посоветовал Холден.
Микрофон Фреда оборвал его смешок, а лапы меха задвигались с проворством и точностью хирурга. Расцвел огонек резака. За огненным лезвием двигался инжектор, прорезь в металле тут же герметизировалась пеной, чтобы не выпускать воздух. Холден установил связь с лабораторией и перевел на свой экран изображение от Моники. На нем горела яркая звездочка.
– Есть подтверждение, – сказал он Фреду. – Контейнер тот самый.
«Вижу», – ответил Фред, заканчивая разрез.
Разгладив пластик шлюза над вырезанным участком, он приклеил его к поверхности и открыл наружную молнию.
– Твоя очередь.
Холден продвинулся вперед. Фред выставил трехпалую металлическую клешню, которой Холден отдал винтовку, получив взамен аптечку и спасательный скафандр.
«При малейшем подозрении отступай, – велел Фред. – Тогда применим серьезную технику».
– Я только суну нос, – пообещал Холден.
«Это ты умеешь!» – Под таким углом улыбка Фреда была не видна, по слышалась в голосе.
Холден затянул за собой наружное полотнище шлюза и открыл внутреннее. По краям метрового квадратного разреза на черном опаленном металле светлела пена герметика. Холден уперся подошвой одной ноги в дверь в стороне от прореза, подключил магнитные присоски и ударил другой ногой. Пена треснула, заплата уплыла внутрь контейнера. Из отверстия пролился тусклый маслянистый свет.
Моника Стюарт лежала, пристегнутая к койке-амортизатору. Открытые глаза остекленели, рот безвольно обмяк. На щеке виднелся разрез, стянутый черными скобками. От дешевого автодоктора па стене поводком тянулась к горлу трубка. Больше внутри, кажется, ничего было. Во всяком случае, надписей «Осторожно, взрывчатые вещества!» Холден не заметил.
Когда он дотянулся до края амортизатора, койка под его рукой провернулась на шарнирах, и он встретился взглядом с глазами Моники. Кажется, в них мелькнуло подобие чувства: растерянности и, может быть, облегчения. Холден бережно вытянул иглу из шеи. Шарики прозрачной жидкости сорвались с отверстия и заплясали в воздухе. Вскрыв аварийную аптечку, Холден пристегнул ее к предплечью раненой. Через пятьдесят долгих секунд прибор сообщил, что состояние угнетенное, но стабильное, и запросил указаний.
«Как там дела?» – спросил Фред.
На сей раз Холден не забыл включить микрофон.
– Нашел ее.
Через три часа они находились в медотсеке станции Тихо. Снаружи крепко запертого помещения дежурили четверо охранников, а все сетевые подключения были физически отключены. Еще три кровати пустовали – пациентов, если таковые здесь ранее находились, перевели в другие палаты. Комплекс мероприятий по реабилитации раненой и защите свидетеля. Холдену оставалось только гадать, понимает ли Моника, сколько в этих мерах безопасности обычного театра.
– Было не слишком весело, – сказала Моника.
– Понимаю, – кивнул Холден, – тяжело тебе пришлось.
