Они свернули к северной оконечности острова, откуда к космодрому вел широкий мост. Берег покрывали ангары и эллинги — коробки с игрушками для богатых и размером с типовой многоквартирный дом для тысячи человек. Лодка рассекала воду. Они выбрали эллинг, выкрашенный ярко-синим (хотя за пределами кругов света от их фонарей он мог быть каким угодно), Персик протянула тонкую руку и набрала какие-то цифры на клавиатуре торчащего из темной воды столба. На секунду показалось, что ничего не вышло, затем дверь тихо ушла вверх и включился свет. Внутри обшитого панелями из красного кедра эллинга поместился бы теннисный корт. Откуда-то из темноты донесся злобный лай.
С маленького катера, положив передние лапы на леер, смотрел волкодав. Лодки подплыли ближе, Амос запрыгнул на палубу, и пес, рыча и скалясь, метнулся к нему. Прекрасный зверь, продукт генной инженерии, судя по блеску шерсти и изящным линиям морды.
— Привет, — сказал Амос, присев на корточки. — Кое-кто не заморочился взять тебя с собой, да? Хреново тебе.
Пес испуганно попятился.
— Давай договоримся. Ты нас не трогаешь, а мы тебя не пристрелим.
— Он не умеет говорить, — сказал Эрик, когда пес убрался, лая через плечо.
— Откуда тебе знать? Эти богатенькие засранцы могли вшить ему в мозг какой-нибудь ретранслятор.
— Не могли, — сказал Эрик и повернулся к Персику. — Не могли же?
— Это поместье Куков, — сказала Кларисса. — Здесь жили Дарва и Кхуни. Я ночевала у них по средам. — Она едва заметно вздрогнула, и Амос наклонил голову. — Давненько я тут не была. Странно, что всё так мало изменилось.
— Ты знаешь, как попасть в их ангар? — спросил Эрик.
— Ага.
Но когда они вошли туда, он оказался пуст. Соседний — семьи Давидович — тоже. В третьем не было корабля, зато в центре стояло с десяток людей с пистолетами и дешевыми баллончиками, из тех, что продают в бакалее. Стоявший впереди мужчина лет пятидесяти с седеющими волосами закричал, когда Амос, Лесби и еще трое вошли в боковую дверь:
— Вы, эй вы, не подходите! Это частная собственность!
— О, так это все ваше? — усмехнулась Лесби.
— Мы работаем на Квотерменов. Мы имеем право здесь находиться, — мужчина помахал пистолетом. — Вы все, убирайтесь отсюда!
Амос пожал плечами. Вошли еще шесть громил Эрика, большинство со штурмовыми винтовками. Работники сбились в кучу в центре. Будь они поопытнее, поставили бы наверху двоих-троих снайперов, готовых перещелкать налетчиков, пока люди внизу отвлекают внимание на себя, но Амос никого не увидел.
— Я чёт не думаю, что Квотермены вернутся. Мы кое-что у них возьмем, а то, что нам не понадобится, можете разобрать вы.
Лицо мужчины напряглось, и Амос приготовился к тому, что скоро тут будет куча трупов. Но прежде чем люди Эрика успели поднять винтовки, вмешалась Персик.
— Вы... Вы Стоукс, верно? — Мужчина смущенно опустил пистолет, когда она шагнула вперед. — Это я, Кларисса Мао.
— Мисс Кларисса? — моргнул Стоукс, пистолет дрогнул. Амос услышал, как Лесби пробормотала: «чё, серьезно?», но никто не выстрелил. — Мисс Кларисса! Что вы здесь делаете?
— Пытаюсь улететь, — со смешком ответила Персик. — А вы тут зачем?
Стоукс улыбнулся ей и — нервно — Амосу, Эрику и остальным, сверкнув зубами, как лучом маяка.
— Приказ об эвакуации дали, когда упал второй метеорит. Квотермены улетели. Взяли корабль и улетели. Они все. Куки, Фолкнеры, старик Лэндборн. Все сели в корабли и смылись. Сказали, что служба безопасности позаботится о нас, пока не придет помощь. Но помощи нет, а безопасность — бандиты. Они сказали, что теперь мы должны им платить, раз нет Квотерменов, а что у нас есть?
— Как что? Все барахло Квотерменов, — сказал Амос, — как я уже говорил.
— Есть еще корабли? — спросила Персик. — Нам нужен корабль, чтоб добраться до Луны. Поэтому мы здесь.
— Да. Да, конечно. У Бергавинов остался «Чжан Го» в ангаре. Мы можем отвести вас туда, мисс Кларисса, но...
У двери резко свистнули. С улицы. Лесби встретилась взглядом с Амосом.
— Гости.
Улицы на острове были широкие. Достаточно широкие, чтобы протащить к мосту корабль. На патрульной машине безопасности красовалась эмблема «Пинкуотера» — коготь и глаз. Фары прорезали в темноте широкий конус. Эрик приставил к глазам здоровую руку. К нему вразвалочку подошли двое мужчин.
— Ну, что тут у нас? — сказал первый.
Эрик, прихрамывая, отступил.
— Никаких проблем, сэр.
— Это я буду решать, — сказал главный. — На землю.
На нем была ковбойская шляпа, руку он держал на рукояти пистолета. Амос улыбнулся. Живот и руки наполнились теплом, будто он услышал знакомую песню. Прекрасное ощущение.
— Я сказал, на землю, ты, убогий. Быстро, или я тебе глаза вышибу.
— Персик? — окликнул Амос, выходя на свет. Двое охранников выхватили пистолеты и наставили на него. — Эй, Персик, ты там?
— Что? — откликнулась она, кажется, от боковой двери.
Это хорошо. Он увидел, как пара охранников пересчитывает остальных ребят Эрика. В темноте они казались лишь силуэтами, но тела их были напряжены. Всегда неприятно обнаруживать, что явился с ножом на перестрелку.
