Бобби усмехнулась.
— Этим как раз планировала заняться я.
— А, ну тогда ладно.
В дверях остановился человек. Громадный. Плечи касались косяка с обеих сторон, а на лице было написан то ли страх, то ли гнев. Букет нарциссов в его руке казался крохотным, пока он не поставил цветы в вазу.
— Привет, — сказал он. — Я просто...
— Входи, — ответила Бобби. — Алекс, это мой брат Бен. Бенджи, это Алекс Камал.
— Рад встрече, — сказал гигант, ухватил руку Алекса своей и легонько встряхнул. — Спасибо за всё, что вы сделали.
— Да ну, — сказал Алекс.
Брат Бобби сел в изножье кровати, и та заскрипела. Он робко поглядел на сестру. Теперь, когда она его представила, Алекс заметил их сходство. Бобби выглядела получше.
— Доктор говорит, ты идешь на поправку, — сказал Бен. — Дэвид просил передать, что думает о тебе.
— Как мило, только Дэвид не думает ни о чем, кроме терраформирования и сисек, — отозвалась Бобби.
— Я прибрался в гостевой комнате. Когда тебя выпишут из больницы, поживешь у нас.
Улыбка Бобби стала шире.
— Это вряд ли.
— Нет, — заявил ее брат. — Это не обсуждается. Я с самого начала тебе говорил, что Иннис-Шаллоу — опасное место, в особенности для того, кто живет в одиночестве. Если бы тебя не спас Алекс...
— Не уверен, что я кого-то спас, — вставил Алекс, но Бен бросил на него сердитый взгляд и закончил фразу.
— ...тебя бы убили. Или еще чего похуже.
— Хуже, чем убийство?
— Ты знаешь, о чем я.
Бобби подалась вперед, облокотившись о колени.
— Да, знаю, и считаю это полной чушью. В Иннис-Шаллоу я не в большей опасности, чем в Брич-Кэнди.
— Да как ты такое можешь говорить? — рявкнул ее брат, выдвинув челюсть. — После всего, через что ты прошла, ясно же...
Алекс бочком направился к двери. Бобби поймала его взгляд, и ее быстрая улыбка, исчезнувшая через мгновение, была вполне красноречива. Прости и спасибо тебе, и поговорим о важном после его ухода. Алекс кивнул и ретировался в коридор, ему вслед неслось жужжание перепалки брата и сестры.
Когда он добрался до своей кровати, его дожидалась полиция, и на этот раз он сумел сделать внятное заявление. Пусть и оставил некоторые детали неясными.
Во время долгих полетов семья становится почти метафорой. Иногда на кораблях и впрямь летают кровные родственники, но это почти всегда астеры. На военных и корпоративных кораблях может попасться несколько семейных пар и периодически рождаются дети. Но обычно в полете редко встретишь даже кузенов. Их экипаж — исключение, и семья была поводом поговорить о потребностях. Потребности в дружбе, потребности в близости, потребности в общении, которая так глубоко въелась в геном, что без нее будто перестаешь быть человеком. Семья — нечто большее, чем товарищество, символ более сильной преданности, чем дружеская.
Для Алекса настоящая семья, кровные родственники, была скорее кучкой людей, оказавшихся в одном списке контактов, не понимая, как их туда занесло. Он любил своих родителей, пока они были живы, и до сих пор любил память о них. Кузены всегда с радостью его принимали, а он ценил их гостеприимство и компанию. Бобби и ее брат, их видимая даже за такое короткое время глубокая несовместимость, напомнили Алексу о доме.
Мать может любить дочь больше жизни, как в сказках, или ненавидеть ее до глубины души. Или и то и другое одновременно. Брат и сестра могут ладить, воевать или терпеть друг друга со своего рода неловким безразличием.
И если настоящее кровное родство означает именно это, тогда семья, пожалуй, во всех случаях — метафора.
Он еще думал об этом, когда добрался до норы Мин. Дома были ее приемные сыновья и дочь, они ели рыбу с лапшой и поприветствовали Алекса, как будто его знают, как будто переживают из-за его ранения, как будто им не всё равно. Он ненадолго сел за стол, шутил и преуменьшал последствия нападения, но на самом деле хотел поскорее удалиться в выделенную для него комнату для гостей, что и сделал, как только позволило чувство приличия.
Его ждало сообщение с «Роси». От Холдена. Знакомые голубые глаза и взъерошенные волосы показались до странности неуместными. Как будто часть Алекса уже была на пути к «Росинанту», и он слегка удивился, что еще не там.
«Привет, Алекс. Надеюсь, у тебя там всё хорошо, и у Бобби тоже».
— Ага, — ответил Алекс записи. — Забавно, что ты спросил.
«Так вот, я тут занимался пропавшими кораблями. И нашел подозрительную запись по поводу Венгрии-434. У тебя есть возможность найти какой-нибудь корабль? Если придется взять напрокат, можешь спокойно записать расходы на мой счет. Хочу, чтобы ты узнал, не затаился ли там корабль под названием «Пау Кант». Коды его маячка прилагаю».
