Однако любое неловкое движение напоминало о недавнем марафоне. И о мужчине. В мышцах поселилась легкая усталость, а между ног начинало сладко ныть от одного воспоминания о творимых нами безобразиях. После шторма мы почти не отрывались друг от друга, иногда ели, понемногу гуляли на палубе или сидели в компании Криса и бумаг. Остальное время было только наше. Между погружениями в пучину чувственных удовольствий даже умудрялись поговорить, рассказывая какие-то несерьезные мелочи из детства или обсуждая политику. Но прерывались на полуслове, чтоб забыв предмет разговора, снова и снова узнавать друг друга прикосновениями, обводить изгибы пальцами, пробовать кожу на вкус губами, совпадать и соприкасаться телами. И было в этом что-то очень правильное. Потерять это потрясающее чувство единения было жалко.
Я глядела вперед, туда где ждала меня новая жизнь, и пыталась не думать, о том, что мне предстоит.
- Почему мне кажется, что ты собираешься сбежать? - обладатель этого будоражащего голоса подошел очень тихо, оперся на фальшборт по сторонам от меня.
Мысленно застонала.
- Сбежать, - я попробовала слово на вкус, - Значит я пленница?
- Разумеется, ты не пленница, - Арван отпустил меня, прошелся по баку. - Но пойми, я не могу отпустить тебя.
- Конечно, понимаю, - я следила за ним краем глаза, и злилась, - Кто ж в здравом уме упустит возможность пополнять резерв, да еще и таким приятным способом.
- Ты не права. Я решил это еще до того как узнал об этой твоей особенности.
- Я решил, - передразнила, - Меня только забыл спросить.
- Лира! Я уже говорил, защитить от того, от кого ты бежишь, я смогу, - теперь он тоже заводился, усилился ветер, - Если б ты мне рассказала больше о себе, то могла бы и в Марвее...
Тут я рассмеялась. Низким пробирающим грудным смехом, и показала иную сторону натуры. Может надела маску, может наоборот сняла. Но голос обрел хрипотцу, грудь заволновалась в такт поверхностному дыханию в вырезе блузы. И язык скользнул по призывно приоткрытым губам.
- Тебе, сладкий мой, совсем не понравится, то чем я занималась в Илирии.
Он остановился, буравя меня взглядом. Над нами заполошно хлопал парус.
- Не пытайся убедить меня, что бордель...
- Ну что ты, - я шагнула к нему вплотную, прошлась пальчиками по волоскам в распахнутом вороте рубахи, - Там платили несравнимо больше, но сути это не меняет.
- Это ты сейчас пытаешь показать, что я слишком хорош для такой плохой девочки? - Арван заломил бровь, а вокруг нас уже кружился небольшой вихревой щит. Ну и славно, хоть не слышно, как мы ругаемся.
- А выйдет? - получив в ответ полный скепсиса взгляд, я даже не расстроилась, не очень то и рассчитывала. - Почему ты решил, что вправе решать за меня? Да мы отлично проводили время, но у меня были и свои планы.
- Лира, - он взял меня за плечи, притягивая ближе, вынуждая запрокинуть голову, чтоб глядеть в его глаза. - Я искал тебя очень долго, и теперь, когда нашел, не хочу отпускать.
- Значит причина лишь в том, что теперь после каждого траха не нужно менять девку и выносить бесчувственное тело? - да я сильно упростила и огрубила.
- Лира, - имя моё он буквально прорычал. - Не думай, что я не понял. Ты ведь и сама знакома с этим. Знаешь каково это, когда не можешь расслабиться даже в постели и отпустить зверя внутри, поскольку он тут же выпьет жизненную силу того кто рядом. Почему ты не хочешь остаться со мной?
Я молчала. Моя хищная сущность не давала о себе знать уже несколько дней. Я не обольщалась, что избавилась от неё навсегда, но не чуять постоянного отклика было не привычно. Почему же я бегу? Может потому что мне нужно учиться? Потому что нельзя быть на виду, ведь как я подозреваю, тот, кто охотится за мною, находится здесь, в Марвее, в столице. Может потому, что я слишком привязываюсь к этому зеленоглазому брюнету с длинными сильными пальцами, сводящим с ума голосом и гибким телом. Потому что чем дольше он прижимает меня к себе, чем дольше я чувствую, как стучит его сердце, тем меньше во мне уверенности, в том, что я хочу куда-то бежать. Тем сильнее хочется поверить, позволить сильному мужчине защитить меня.
- Хорошо, - выдохнул он, отпустил мои плечи, - Сколько ты хочешь?
- Что? - вопрос застал меня врасплох.
- Чего ты хочешь, чтоб быть со мной? Деньги, дом, наряды, быть представленной при дворе. Что?! - он отвернулся, ударил кулаком по планширю, так что дерево жалобно хрустнуло, а я вздрогнула.
Ну что ж, к тому и шло, меня покупают. Меня всегда покупают. Сказки - обман.
- А сколько ты обычно платишь шлюхам? - я развязно ухмыльнулась, - Ну и перемножь на их количество, меня-то менять не нужно будет. Достойная сумма выйдет, полагаю, темперамент у тебя огого. Только сразу уточни, собираешься ли мною с дружками делиться, чтоб я знала к чему готовиться.
Планширь треснул, кусок дерева остался в пальцах Арвана, когда он обернулся.
- Ты моя! - он наступал, я пятилась. - И никто не коснется тебя. Поняла?
Кивнула, ухватила его за кисть, отнимая несчастный кусок древесины, погладила, заметила небольшую ссадину.
