Коронеры вынесли носилки из небольшого строения и понесли в машину. Строение напоминало храм времен инквизиции: около десяти метров в высоту, по бокам над входом, словно живые истуканы, застыли каменные гаргульи. Входную дверь довольно внушительных размеров по всему периметру сопровождал причудливый орнамент. Он то сплетался в одну цельную нить, то снова расходился какими-то хаотичными ответвлениями. Узор был выгравирован в камне зеленоватого оттенка, он напоминал нефрит или яшму, но только очень грубой обработки. Нет, это был не нефрит и даже не яшма… Камень был совершенно не знаком Алексу. Больше всего его удивила дверь. Складывалось впечатление, что человек, заказавший «дверцу», сильно боялся того, что было похоронено внутри склепа. Дверь была сделана мастером, который, безусловно, знал свое дело. Он выковал каркас двери из нескольких слоев железных прутьев и стальных пластин, после умелец заключил все это и сложнейший механизм замка в деревянный «сейф» толщиной около тридцати сантиметров. А в довершение своего шедевра чудо-мастер закрепил дерево металлическими скобами. Вот такая вот сложная система защиты. Но от чего или от кого пытался оградить нас мастер? Странно, но дерево было почти не тронуто временем, а железных скоб не коснулись ржавчина и коррозия. Вокруг было достаточно склепов помоложе, но все они в какой-то степени были подвластны погодным условиям и другим различным факторам распада.
«М-да, странно… даже очень», – подумал Алекс и, вновь закурив, медленно подошел к носилкам и приподнял белую простыню. Ему до сих пор казалось, что это розыгрыш, что сейчас она встанет и начнет смеяться над ним, говоря при этом, как же они с Эндрю подшутили. А его коллега станет называть его лопухом, а потом они все вместе отправятся завтракать и там-то Алекс им задаст за то, что вытянули его из постели в такую рань, и за то, что так бессовестно разыграли и надурили… Но она не встала, не засмеялась… А Эндрю стоял рядом и за все время не проронил ни слова, только вздыхал постоянно. Алекс еще раз посмотрел в ее темно-карие глаза и вернул простыню на прежнее место:
– Знаешь, я до сих пор не могу поверить. Мне казалось, что этого не может с нами случиться. Но случилось, и теперь мы здесь стоим и смотрим на нашу коллегу и подругу и не можем ничего изменить… – Алексу словно стало немного легче: – Надо выпить позже…
После всего, что произошло, он просто не мог вернуться к привычному времяпровождению… Да, вот незадача. Поближе подошел к склепу, ему стало не по себе. Изнутри склеп был еще хуже, чем с внешней стороны. Забавно, но, когда Алекс находился рядом, ему было невыносимо тоскливо, страшно… Такое ощущение, что его душа собралась в полет, а вот тело в планы посвятить забыла. Алекс медленно огляделся, и то, что он там увидел, ему не понравилось: изнутри здание казалось больше, чем снаружи, в торце у дальней стены стоял каменный саркофаг внушительных размеров. Он медленно подошел к нему и стал внимательно разглядывать. Камень был того же зеленоватого цвета, что и у входа с орнаментом у дверей. В это каменное ложе мог поместиться человек довольно крупной комплекции. Плита сверху, наверное, была очень тяжелой, по крайней мере, она так выглядела. Гроб был весь испещрен письменами мелкого шрифта, язык и вовсе остался загадкой, напоминал клинопись, но в нем также присутствовали элементы, не совместимые с ней. Алекс вышел на воздух и снова достал пачку, она была пуста. Он и не успел заметить, как выкурил одну за другой все свои сигареты.
«Ну что ж, куплю еще, как вернусь в город…» – с досадой подумал он.
– Алекс! Иди сюда, быстрее! – Эндрю кричал, словно где-то приземлилась летающая тарелка и он спешил засвидетельствовать это событие, чтобы получить внеочередное звание.
– Что стряслось? – Алексу уже порядочно надоело шататься по кладбищу. – Эндрю, ты где? Мы что, в прятки играем?
– Да здесь я! Чего орешь? – крикнул он, пока Алекс шел на голос, как слепой, который, стоя на пешеходном переходе, слышит назойливое пищание технологической инновации.
– А ты подальше не мог забраться? Какова… Ты что творишь? – Эндрю стоял за огромным надгробием, а возле его ног лежало тело Ли, накрытое все той же простыней. – Ты с ума сошел? Зачем ты ее вытащил из машины?
– Послушай, Алекс. И успокойся, пожалуйста, – в его голосе проскакивали заговорщицкие нотки. – Это не Ли! – произнес он шепотом, чтобы никто не услышал.
– Да что ты несешь, Эндрю? Ты думаешь, что говоришь?
– Ты сомневаешься во мне? – коллега искренне удивился, даже глаза расширил, как два блюдца. – Я точно знаю! Это не она…
– Откуда? Как определил, что это не Ли? Ну же, говори!
Эндрю посмотрел на Алекса, как будто это тот спер тело из машины скорой помощи.
– Если это правда, то мне нужны доказательства! – Алексу и самому хотелось верить, что все именно так, но…
– У Ли была татуировка на правой ноге в виде обвивающейся змеи, а у этой… у нее нет! – Эндрю выпалил все это с таким пылом, что поневоле даже пару секунд Алекс не мог произнести ни слова, но потом пришел в себя и спросил:
