Фат, принц Айро и мастер Пиандао теснили их, зажимая в клещи. Чан почувствовал спину друга и блокировал широкий магический удар принца Айро, создавая вокруг них стену пламени. Зуко же использовал момент и смог отбросить своего дядю мощным ударом ноги с огненным шаром в лицо, и хотя принц Айро погасил эту вспышку магии и принял удар на блок, но временно отступил. Тут же сквозь стену пламени на них одновременно ринулись Фат и Пиандао, решив использовать ограничение видимости. Впрочем, Чан успел раньше, извернулся от выпада Пиандао, который хитро «утёк» и напал на Зуко. Чан понял, что это был обманный финт, за долю секунды до того, как за спиной мастера на него выскочил Фат. На инстинктах он ударил по площади огненной бомбой, одновременно отпинывая помощника мастера ногой. Фат по низкой дуге отлетел к стене, но смог перегруппироваться и остановился, пропахав в земле полосу мечом, а потом, несмотря ни на какой возраст, резво покатился по земле, сбивая с одежды пламя.
Зуко тоже сориентировался и заблокировал своей парой цуруги Пиандао.
— Достаточно.
— Эй, мы почти победили! — запальчиво воскликнул Зуко. — Продолжим!
— Не стоит. Чан ранен, — ответил мастер Пиандао, красиво отступив из блока, и указал кончиком своего цуруги на Чана. — Первая кровь.
— Небольшая царапина, — с досадой мотнул головой Чан в ответ на вопросительный взгляд друга, и утёр пот со лба. Зуко осматривал его рассеченную кожу как раз под наплечным щитком. — Фат успел меня задеть. Специально открылся, получается…
Зуко был явно раздосадован. Впрочем, Чан ощущал себя так же. Победа была так близка! Если считать с того побега из дворца, то они уже четыре года обучались у Пиандао. И если в тринадцать сложно победить мастера, то сейчас ему было уже семнадцать, а Зуко семнадцать должно исполниться в январе, то есть чуть больше, чем через два месяца. По местным меркам они уже считались взрослыми мужчинами. Адмирал Чан, практически потеряв Дан Лао, не слишком-то настаивал на военной карьере своего младшего сына, которая могла начаться для Чана ещё год назад, но полностью отдал всё на откуп правящей семье, ещё когда была инаугурация Лорда Огня Озая.
Не то чтобы Чан очень хотел повоевать, но почти полная изоляция в Шу Дзинге с однообразной рутиной буквально годами начала доставать и его. В полной мере ощущалось, что они послушники боевого монастыря, всё время которых занимают бесконечные тренировки и суровый быт, разбавленный очень редкими письмами и ещё более редкими встречами. Шестнадцатилетие Зуко они оба ждали с нетерпением.
Но когда Зуко исполнилось шестнадцать, принц Айро настоял на продлении обучения у Пиандао, чтобы они могли стать полноценными мастерами Огня и Меча. Лорд Огня Озай согласился с доводами, но времени для оттачивания мастерства дал до нынешнего Нового Года. До этого же срока в Императорской Академии должна была обучаться Азула. Осталось чуть больше месяца. Ноябрь почти закончился.
Чан полагал, и Зуко был с ним согласен, что у Лорда Огня, возможно, были какие-то общие планы на детей и, скорее всего, на самого Чана. Потому что с того момента они с Зуко начали работу именно в паре. Принц Айро упоминал, что Дан Лао и принц Лу Тэн тоже тренировались подобным образом.
Проигрывать сестре Зуко отчаянно не хотел, поэтому, получив конечную дату их добровольного «заточения», удвоил усилия. Одним из условий, что они готовы, был выигранный бой с условно превосходящим противником. Это было немного нечестно, так как в противниках у них были мастер Меча и мастер Огня, да ещё Фат, как минимум близкий к мастерству меча, но они не роптали. Пиандао пояснил, что, раз они универсальные мастера, то должны победить каждого из них в его мастерстве или придумать такие комбинированные атаки, чтобы они не смогли им ничего противопоставить. И это работало. С каждым днём и каждой тренировкой их победа была всё ближе и ближе. Но, видимо, опять не в этот раз.
В пылу боя почти ничего не почувствовалось, но сейчас, стоило чуть остыть, порез забеспокоил, а кровь расплылась по рукаву. Пронеслась мысль, что надо будет снова штопать одежду. И со стиркой им с принцем Зуко приходилось справляться самим, по крайней мере, своего учебного гардероба, в этом мастер Пиандао был строг. Из слуг в доме вообще была только приходящая кухарка, которая жила в соседней деревне, и периодически приходила ещё пара женщин, чтобы забирать крупную стирку вроде постельного белья. А вот слуг, которых прислали из дворца, когда они приехали на обучение, Пиандао выгнал, сказал, что настоящему воину нужно уметь самому о себе заботиться и ценить то, что они имеют по статусу рождения.
Фат, по сути, был адъютантом Пиандао, по всей видимости, ещё со времён бытности того генералом.
— Зажми, — Зуко сноровисто выудил бинт для перевязки, сильней разорвал рукав, осмотрел рану на чистоту и туго перемотал.
