Затем тихо спросил:
— Как ты?
— Нормально, — тихо ответила я.
— Мне нужно отвезти тебя домой и вернуться к детям.
— Ага, — согласилась я.
И почувствовала, как его шея изогнулась, затем почувствовала его губы на своих волосах, затем почувствовала, как он сделал движение, чтобы отодвинуться.
Я откинула голову назад и поймала его за шею.
— Я должна кое-что тебе сказать, — прошептала я.
— Так скажи, — прошептал он в ответ.
— У меня была мечта спускаться по лестнице родного дома к тебе на свидание.
Даже в лунном свете я увидела, как его лицо смягчилось. Он точно знал, о чем я говорю.
— Милая.
— И еще одна, заняться сексом в машине у этого пруда.
Он расхохотался.
Я смотрела в лунном свете на него, и видела его в лунном серебре, поблескивающем на его коже, это было прекрасно.
Когда он перестал смеяться, большим пальцем я провела по его подбородку и прошептала:
— Спасибо тебе, Майк.
Его губы приблизились к моим, и он прошептал в ответ:
— Не за что, Ангел.
Затем поцеловал меня, медленно и сладко. Затем усадил мою задницу на место, устроился на своем сиденье и отвез меня домой.
Комендантский час прошел уже давно.
9
Очень сильно
Я находилась в конюшне, седлала свою серую в яблоках Муншайн для утренней прогулки. Вчера я выводила на прогулку Блейз с черно-белой звездой между глазами, чтобы она смогла осмотреть окрестности. Сегодня должна была состояться вторая экскурсия Муншайн по ферме, и, как обычно, моей малышке не терпелось отправиться на прогулку.
Я пела, когда садилась в седло. И пела, потому что так я делала всегда. А также сегодня я пела, потому что в моей спальне стоял красивый букет. Неожиданная доставка, пришедшая вчера днем из цветочного магазина Джанет. Все цветы были поразительных, насыщенных тонов. Розы вперемешку с герберами и маргаритками стояли в приземистой квадратной стеклянной вазе.
Ошеломляюще.
К букету также была приложена записка, в которой говорилось,
«Ангел,
Спасибо, что позволила мне провести сегодняшний вечер с Рис и Ноу.
Майк»
Абсолютная крутость. Класс. Очень внимательно. И клянусь, я завизжала внутри и снова почувствовала себя девчонкой, когда открыла дверь парню курьеру, держащему букет, и увидела, что на записке было мое имя.
Я вернулась в родной дом в среду днем. В тот же вечер помирилась с Майком. В четверг мы пошли ужинать. В пятницу был день рождения Рис, Майк позвонил мне вчера утром и попросил встретиться с ним за обедом у Фрэнка.
Я приняла его предложение, потому что он сказал, что вечер пятницы принадлежит Рис, не только потому, что у нее был день рождения, но и потому, что это была пятница, а каждый вечер пятницы, когда Рис была у отца, она проводила вечер с отцом. Они смотрели фильмы ужасов по пятницам вечером с нездоровой пищей и так продолжалось уже много лет. Майк не хотел нарушать эту традицию со мной, потому что Рис наслаждалась этими вечерами, проведенными с отцом. У меня также возникло четкое ощущение, что Майк так же наслаждался этими вечерами, проведенными с дочерью.
Я согласилась, потому что не хотела показаться стервой, новой подружкой, которая отнимала это время у ее отца. Не говоря уже о том, что у меня была куча дел, связанных с необходимостью закончить распаковку вещей и разобраться с печами и многим другим.
Но прошлая ночь была особенной. Поскольку это был день рождения Рис, Ноу составил им компанию. Можно было обменяться подарками, съесть купленный в магазине праздничный торт и посмотреть фильмы. Я понимала, что их семейное празднование затянется допоздна, Майк предупредил меня, что, скорее всего, даже не позвонит.
Он и не позвонил.
Сегодня была суббота, предстояла вечеринка по случаю дня рождения Рис в три часа дня у Майка, так что я готовилась к ней.
Вчера я также потратила время на то, чтобы купить ей подарок. Майк уже отправил Ноу за подарками из списка Рис, поэтому он отдал мне список за обедом, вычеркнув то, то они купили. Я выбрала кое-что, что не посылало сообщение, что я пытаюсь залезть ей в задницу, но все равно этот подарок должен был ей понравиться. Потом я накупила еще кучу мелочей просто потому, что ходила по торговому центру, она была девушкой, я была девушкой, мне нравилось всякое девчачье барахло, у меня никогда не было девушки племянницы, для которой можно было бы все это купить. Не было пятнадцатилетней девушки. Дочке Джерры было шесть лет, и такого рода девчачье барахло отличалось от девчачьего барахла девушки, которое можно было купить для пятнадцатилетней.
У меня произошел настоящий чертовый взрыв.
Но сейчас было о чем подумать.
Встреча с Одри была одним из пунктов, о чем следовало подумать.
Другое дело, что мне делать с Рондой.
Я пока обустраивалась и давала ей время. Но мне скоро придется начать разбирать ее дерьмо. У меня не было плана, как его разобрать.
Я напевала «Беду» Пинка, оглядывая конюшню и разбираясь с седлом Муншайн.
