Глядя на то, как отделены головы, Энника пояснила, как лучше разделывать туши, чтобы ценной кожи и очень ценного спинного мозга расходовалось мало. Кроме того, попросила, не бесплатно, конечно, крови вергов, как один из самых дорогих ресурсов. Когда я отдал ей литров двадцать, она просто прыгала от счастья.
Малышей я ей не показывал, засунул их в палатку и замаскировал её в том же тоннеле. Зная, какие они ценные, я сильно опасался, что она их тоже пустит в расход. На мой взгляд, такое очень неразумно. Папаш у них не должно быть много, а раз ночью явилось столько вергов, да ещё и по количеству малышей, ну, если считать самку, я предположил, что явились они сюда за ними и, возможно, хотели перенести к стаду. У меня логично возникло подозрение, что на следующую ночь опять явятся за ними. И, скорее всего, в этот раз будет их больше, а это реальный шанс поохотиться ещё. И по этому плану мне нужно обновить свои запасы полезностей от Энники…
— Я хотел бы ещё взять у тебя некоторые предметы и пару карман-хранилищ, которые ты упомянула.
— Хорошо, есть список?
Я передал ей мини планшет со списком, и она быстро просмотрела его.
— Так, землекопная машина — это ведь горная машина? Они есть только малые, — она показала размер руками, около тридцати сантиметров в диаметре. — А всё остальное есть и в достаточных количествах. Сейчас достану. По цене, с учётом того, что ты мне передал, для тебя это будет уже почти бесплатно, потом вычту эту мелочь из общей суммы.
— Горных машин сколько есть?
— У меня с собой три штуки, могу дать тебе две, ведь…
— Нет, такого размера надо больше, давай все три, хоть по тройному тарифу!
Она слегка задумалась, но согласилась.
— Энника, а сможешь бирюзовые знаки мне идентифицировать?
— Ого, мифриловые?! Восьмой уровень? Не слабо… А много у тебя их?
— По четыре с каждого, — я мотнул рукой на туши.
— Понятно, одну штуку могу идентифицировать, но вечером, иначе на меня усталость накатит. И тогда с таким количеством помочь не смогу, это надо профи показывать, но у меня есть несколько кристаллов массовой идентификации мифриловых знаков.
— А на сколько один рассчитан?
— До двадцати знаков.
— Отлично, добавь, пожалуйста, к списку сразу парочку кристаллов.
Она сразу надула губки и прищурилась…
По-видимому думая: "И ты мне твердишь про четыре знака?".
Я же стоял с невозмутимым видом, как можно чётко показывая: "Ну что могу поделать, добычи же много надо…".
Даже ничего не ёкало, всё так и есть!
Она повела бровью: "Ну ты и нахал!".
Тут уже я надул губы: "Да что ты, красотка, я сама невинность, тут уж ничего не попишешь, задание такое!".
Она дёрнула ухом: "Знаю я вас, таких хитрых!".
Мы так молча играли в гляделки, кто кого, потом я слегка отвернулся, дабы ненароком не обидеть её лишним движением брови или ухмылкой, а то мало ли как поймёт. Заодно кашлянул в кулак, чтобы сглотнуть смешок…
Она ещё бросила на меня взгляд из-под бровей: "Покряхти у меня ещё, хитрюга!" и невозмутимо продолжила:
— Ты, кстати, знаешь, что после полной разделки ещё знаки выпадут. И с мозга тоже. То есть те туши, что ты мне дал, там они ещё будут. С ними что планируешь делать?
— А знак-то сколько стоит, если сравнивать с чем-то от туши?
— Примерно десять мифриловых знаков. Как вся препарированная туша, включая все внутренности, однако без крови и других жидкостей.
— Это полмиллиона за один знак?
— Ага.
— Ого, похоже прилично! А что так дорого?
— Они ценятся для открытия круга, в основном они редкие и с очень сильных зверей.
— Ясно, ну ты посмотри, что там попадётся, может тебе что-то пригодится. Это тебе бонусом от меня за плодотворное сотрудничество и радушный приём! Что лично тебе не надо, продай для меня.
От этих слов глаза её округлились, а хвост так и дёрнулся: "Вот так и знала, нахал!".
Однако вслух она озорно ответила:
— Да что бы там ни было, мифриловое точно пригодится! — а бедром: "Да побольше их, побольше!".
— Вот и хорошо, подбери себе что-нибудь по вкусу: способность и особенность.
После её радостных воплей языка тела, я с улыбкой продолжил:
— А всё, что в списке, сколько, если в тушках, хотя бы примерно?
— Что-то около семидесяти килограмм кости или двухсот мяса, — всё ещё сияя, ответила она
— А мясо что, тоже ценное? Его жарят и в ресторане подают?
На моё любопытство она с улыбкой пояснила, что мясо — это что-то вроде биодобавки. Его, после переработки, как пряность используют в рационе штурмовики для быстрого набора мышц или при восстановлении конечностей. Регенератор будет долго возится, а со временем у штурмовиков всегда плохо, они очень нужны в разных горячих местах. Это, конечно, не единственная в своём роде пряность, но одна из самых ценных из-за энергии смерти.
