ГРОМКАЯ НОВИНКА РОМЭНТЕЗИ ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА, ВЫПУСТИВШЕГО «ЧЕТВЕРТОЕ КРЫЛО» ЗА РУБЕЖОМТигель богов. Турнир на выживание. Одна сцена – множество смертей.Олимпийцы веками развлекаются нашими жизнями. Их Тигель – это шоу, где смертные-чемпионы сражаются за право подарить своему богу трон Олимпа. Проигравшие не просто выбывают. Они умирают. Публично. Зрелищно.Меня зовут Лайра Керес. Я собиралась жить тихо: воровать понемногу, держаться в тени, не попадаться на глаза богам. Но Аид, владыка мертвых, разрушил все мои планы. Впервые за века он вступает в игру. И выбирает меня.Почему воровка, проклятая Зевсом? Почему не герой, не воин?Аид играет по своим правилам. Он не простил миру смерть Персефоны. И в этом кровавом представлении у каждого участника есть роль.Я просто еще не знаю свою.Добро пожаловать в Тигель, где боги делают ставки, а мы умираем под их аплодисменты.Фишки книги• Горячая любовная линия между богом смерти и человеком• Фастберн с древнегреческими героями• Специальное издание с цветным обрезом• От издательства, выпустившего «Четвертое крыло» за рубежомДля кого эта книгаДля любителей историй о богах и смертных.Для тех, кто соскучился по обжигающим страстям.Для тех, кто хочет прочитать романтическое фэнтези с элементами древнегреческой мифологии.Для поклонников «Голодных игр», «Четвертого крыла» и «Преданий Олимпа».
Original title:
THE GAMES GODS PLAY
Abigail Owen
Copyright © 2024 by Abigail Owen
All rights reserved.
Translation copyright © 2025
This edition is published by arrangement with Alliance Rights Agency c/o Entangled Publishing, LLC.
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025
Посвящается Робби – моему мужу, моей опоре, моему напарнику в «Своей игре», моему сногсшибательному герою, моей звезде.
Всего одной жизни с тобой мне мало
На хрен богов.
Я была так близка. Так близка, будь оно все проклято, к тому, чтобы наконец добиться своей цели, наконец снять проклятье и, может быть, – лишь может быть – наконец ощутить любовь того единственного, по кому я так тоскую.
Когда я оседаю на пропитанную кровью землю, я могу думать лишь одно: «Что, если?»
Что, если бы я не попыталась разнести храм Зевса?
Что, если бы я не встретила Аида?
Что, если бы я не пыталась получить больше, чем этот мир был готов мне предложить?..
Из уголка моего глаза просачивается слеза. А потом прямо передо мной появляются ноги Зевса. Скорее всего, он собирается закончить работу.
Честно говоря, я все равно предпочту уйти быстро, а не сидеть здесь и истекать кровью.
– Ну давай, ублюдок.
Боги любят поиграть с нами, простыми смертными.
И каждые сто лет… мы им это позволяем.
Шипящий разряд электричества вспыхивает прямо над храмом Зевса, и я вздрагиваю, а толпа охает и ахает. В Сан-Франциско живут люди из всех слоев общества, культур и пантеонов, но никто не отрицает, что этот город находится под покровительством Зевса.
Мне не нужно лишний раз смотреть на святилище, чтобы знать, как оно выглядит: чистейший белый камень с классическими каннелированными колоннами, озаренный фиолетово-белыми вспышками и искрами, что испускают нескончаемые дуги молний, собранные над крышей.
Я качаю головой. Он
Я лучше буду жить в темноте.
– Зря мы сюда пришли, – бормочу я себе под нос, проставляя галочку на планшете, а потом оглядываю многолюдную толпу, пытаясь заметить одного из карманников, ныряющего в ничего не подозревающие массы народа и выныривающего обратно.
Моя единственная работа на сегодня – наблюдать, и обычно меня просят только об этом. Наблюдать и записывать. Но из всех хреновых планов, которые мой босс Феликс придумывал за годы, этот стоит вровень с попыткой поймать пегаса, чтобы продать на черном рынке. После этого наше логово на много лет попало в черный список Посейдона. Да, логово. Не слишком творческое название, но мы воры, а не поэты.
Я мысленно пожимаю плечами. Феликс хотя бы больше не пытается украсть зерна граната у Аида. Ходят слухи, что Аид еще злопамятнее Посейдона.
И потом, не то чтобы заложники могли выбирать, за какую работу браться.
Нас предложили как залог, чтобы отработать своего рода долг наших родителей, и большинство воров с радостью берут какую угодно работу.
Короткая вспышка на секунду освещает висящие над головой облака, а потом рокот грома заставляет детей и сигнализации машин заорать.
В этот раз я и правда подпрыгиваю, но умудряюсь и дальше смотреть вперед.
– Молнии испугалась, Лайра? – ворчит слева от меня Шанс, мастер-вор. Он сегодня выступает в роли приемщика всего подрезанного, но отвлекается от работы, чтобы одарить меня снисходительной улыбкой. Мудак.