– Да, мам, – ответил сын и снял верхнюю одежду.
– Что-то ты рано сегодня.
– Уроки закончились уже.
– Тогда мой руки и к столу.
– Сейчас.
Ваня прошёл в ванную, и на автомате вымыв руки, направился на кухню.
Усевшись за стол, парень подпёр рукой подбородок и уставился куда-то вдаль. Мысли о том, как теперь извиниться перед Аней его не покидали. В такой ситуации не прокатит обычное «извини» или «прости», тут девушка другая, соответственно и подход нужен другой. Вот только какой?
– Вань, о чём задумался? – мама выдернула его из мыслей.
– Да так, – отмахнулся тот.
– Сынок, у тебя какие-то проблемы?
– Нет, нормально всё.
Ивану совсем не хотелось разговаривать на эту тему с матерью, ладно ещё с отцом, но не с матерью.
Ольга Евгеньевна внимательно посмотрела на сына и вздохнула. Конечно, она поняла, что у него далеко не всё в порядке, но настаивать на откровенном разговоре не стала, знала, что если сын не захочет, он ничего не расскажет, как ни упрашивай.
Пообедав, Ваня удалился в свою комнату. Но не прошло и часа, как к нему заглянула мама.
– Вань, к тебе друг пришёл, – сказала она.
– Какой ещё друг? – устало протянул Перцев, разговаривать ему ни с кем не хотелось.
Ольга Евгеньевна повернула голову назад и произнесла:
– Дима, проходи.
В комнату тут же вошёл Фомин. Пожав ещё раз Ване руку, он присел напротив него на стул.
– Перец, – сразу начал он, – что у вас с Гробовщиком произошло?
– Ты только за этим пришёл? Мог бы и у него спросить, – нехотя ответил Ваня.
– Я спросил, он сказал, что ты там с катушек слетел из-за кого-то, – Фомин задумался, вспоминая фамилию Ани, и через две секунды добавил. – Из-за Невской вроде.
– Ну? От меня ты чего хочешь?
– Что, реально всё так серьёзно?
– Да хрен его знает, – вздохнул Иван и откинул голову на спинку дивана.
– А чего ты на него набросился в школе?
– Да понимаешь, он ей херню наплёл всякую, а она обиделась…
– Ну а ты-то тут при чём? – не понимал Дима. – Наплёл-то он, а не ты.
– Да она на меня обиделась, – пояснил Ваня. – Думает, что это я его к ней подослал.
– М-да… – протянул Фомин. – И что теперь делать собираешься?
Перцев лишь пожал плечами в ответ. Он и сам не знал, что теперь делать. Подгорный эту кашу заварил, а расхлёбывать это всё теперь ему, Ване Перцеву.
– Слушай, Фома, – наконец произнёс Ваня, – ты бы, что сделал в такой ситуации?
– Извинился бы, наверно, хотя… – Дима призадумался. – У вас же с ней нет ничего…
– В том-то и дело, – перебил Иван.
– Перец, – не выдержал Фомин, – ну признайся уже, что запал на неё.
– И ты туда же.
– Ну серьёзно, все уже заметили, один ты не видишь. Ну, или не хочешь видеть, не знаю…
Иван повернул голову в сторону, не желая смотреть на друга. В такой ситуации можно было вполне сказать – правда глаза колет.
Ваня и сам уже понял, что неровно дышит к Ане, в хорошем смысле этого слова. Иначе, зачем бы он сейчас так мучительно придумывал, как бы перед ней извиниться и оправдаться? Ну не просто же так ему хочется это сделать. И потом, Фомин же прав, все давно заметили и говорили Ване об этом напрямую не один раз, вот только он постоянно отмахивался от таких разговоров. А теперь, наконец, понял окончательно, почему Анечка Невская так прочно засела у него в голове, и не хочет её покидать ни под каким предлогом. Проще говоря – Перцев влюбился. Всё до банальности просто. Хотя влюбился это, конечно, громко сказано, скорее испытывал к Ане большую симпатию как к девушке. Вот только что ему теперь делать с этой его симпатией он совершенно не знал. Ну не было с ним никогда такого раньше. Ни разу Ваня не испытывал такого чувства по отношению к какой-либо девушке. Да, бывало, нравились ему особы противоположного пола, но не до такой степени. Сейчас с ним происходило что-то совсем новое и раннее неизведанное.
– Фом, – после небольшой паузы Ваня снова повернулся к другу, – ну и чего мне теперь с этим делать?
– С чем? Или с кем? – улыбнулся Дима.
– Хорош прикалываться, – не зло ответил Перцев.
– Ну, поговори с ней, – пожал плечами Фомин.
– Да она меня слушать не хочет, шарахается, как не знаю кто, лишь бы на глаза мне не попадаться. Подгорный ещё начудил…
– А что он ей сказал?
– Да не знаю, я толком не понял… Короче, одним словом, что она меня напрягает.
– Хорош друг, – протянул Дима, имея в виду Стаса. – Она тебя теперь на пушечный выстрел не подпустит.
– И я о чём, – уныло резюмировал собеседник. – Просил же не лезть…
– Перец, ну другого выхода не вижу, кроме как поговорить.
– Легко сказать… Ладно, попробую.
– Слушай, так она с моей Настей на балет ходит, – внезапно вспомнил Фомин.
– Ты-то откуда знаешь? Тоже на балет записался? – усмехнулся Иван.
– Да не, – отмахнулся тот. – Мне Настя говорила как-то, а я ещё тогда не понял про какую Невскую речь.
– Ну и чего? Предлагаешь мне на балет к ним записаться?
– Да я вспомнил просто…
– В школе завтра попробую к ней подойти на перемене. Только бы Земцевой рядом не было. Стерва ещё та.
– Это точно, – закивал Дима. – Ну ладно, пойду я, а ты не кисни тут.
Фомин поднялся со своего места и направился к выходу. Ваня встал вслед за ним и отправился его провожать.
