— Бах, бах, бах! — выпустил я в угол три одиночных.
Пули отбили куски кирпича из стен, и осколки полетели в стрелявшего. Мужик в кепке «пять одиннадцать» спрятался за углом.
— Эй ты, придурок, ты пошто в нас стреляешь? — крикнул я. — Давай выходи, пока не грохнули.
— А что вы, грабить меня хотите? — раздался гнусавый голос из-за угла.
— Парни, не стрелять! — крикнул я громко, и поднялся с асфальта, держа угол на прицеле.
— Никто тебя грабить не будет. Мы же не знали, что тут кто-то есть. Это твой магазин? — я осторожно начал резать угол, за которым спрятался неизвестный, — я майор Быстров, управление Росгвардии, так что выходи!
— Точно майор? — с сомнением показался из-за угла мужчина в бейсболке.
— Ну иди сюда, удостоверение покажу, — крикнул я в ответ, одновременно делая жест рукой бойцам в машине, — не выходите, я сам разберусь.
Я уже понял, что случилась реальная «непонятка». Хозяин магазина принял нас за мародеров. Ну мы, собственно, и были мародерами. Только и хозяев то у магазинов до этого момента нам не встречалось. Я вытащил из кармана свое служебное удостоверение. Надо же, пригодилось! Хорошо, что не выкинул. Но выкидывать «ксиву», как у нас говорят, никто не станет. Это уже привычка, везде и всегда таскать ее с собой.
Невысокий мужичок вышел из-за угла, а карабин свой держал в руках, направленный стволом вниз. Я посмотрел на оружие. Сайга в тридцатом исполнении, но затюненая до невозможного. Цевье «Фаб дефенс», телескопический приклад, коллиматор как у меня, только китайская реплика, тактический фонарь, рукоятка.
— Быстров Олег Андреевич, майор, — прочитал он в моей красной книжице, — как же вы допустили все это, Олег Андреевич, — с укоризной закачал головой мужичок, — Сан Саныч, — протянул он мне руку, владелец магазина «Северный фронт».
— Извините, Сан Саныч, — пожал я протянутую потную руку, — в отпуске был. Вот только вышел, и… — тут я развел руками.
— Я уже две недели в магазине сижу, — затараторил Сан Саныч, еда почти кончается, так я вон — в тот магазин бегаю, — показал он в сторону противоположного дома, где тоже красовалась вывеска «Продукты», — там Юрьич живет, сторожит, вот у него покупаю.
— Как покупаете? — удивился подошедший к нам Андреевич.
— Как? — переспросил Саныч, — за деньги конечно, как же еще.
— Саныч, нам снаряга нужна, — обратился я к владельцу магазина, — вон парням разгрузки, а мне подсумки бы и шмоток немного.
— Не вопрос, — расплылся толстяк в улыбке, — заходите, скидочки сделаю.
Я нащупал в кармане несколько пятитысячных купюр. Остались от той, прошлой жизни. Когда уходил из дома последний раз, положил в карман по привычке. Но зачем этому чудику бумажные деньги?
Мы зашли с черного хода в помещение, прошли по узкому коридору и оказались в большом торговом зале. На стене висели образцы оружия.
— Страйкбольные? — показал я на них Сан Санычу.
— Ага, — кивнул тот, — а форма и разгрузки вон там, — махнул он рукой вглубь магазина.
Полумрак царил в этом большом и просторном зале. Стеллажи с формой стояли в длинные ряды, и рядом на манекенах висела снаряга. Андреевич было подошел к китайскому плитнику, но я остановил его. Зачем брать плитник? Плит все равно нет. Это у меня с плитами уже, а тут — буфатория. Выбрал ему такой же, как и у меня, тактический пояс «варбелт» с двойными подсумками под магазины, а парням взял обычные жилетки с подсумками. Остальное все голимый Китай. Тут магазин явно на страйкболистов был рассчитан, а не на реальных военных. И уж тем более не на выживальщиков. Вот только футболки, брюки и кроссовки себе подберу. Коллиматоры брать не стал. Тоже Китай. Вон как мазал Сан Саныч по мне. А все почему? Потому что говно китайское ставит вместо нормального прицела. Только вот цевье и фонарик я, пожалуй, возьму.
— Сколько с нас? — обратился я к довольному Сан Санычу.
Тот посчитал на калькуляторе. Прикинул в уме и выдал мне цифру.
— Двадцать девять тысяч шестьсот рублей.
— Саныч, у меня только двадцать, — достал я четыре мятые пятитысячные купюры, — может, сигареты возьмешь или пиво? Водочку там, консервы для здорового питания?
— Сигареты? — задумался Сан Саныч, — сигареты возьму. А какие?
— Ну там разные у нас есть, «Парламент», «Мальборо», — начал перечислять я.
— «Парламент» возьму, по сто пятьдесят рублей, — закивал Саныч, — а то купить у меня закончилось.
— Какое по сто пятьдесят? — удивился я, — по сто пятьдесят было до этого всего, — развел я руками, — а сейчас цена рыночная. По пятьсот отдаем.
— Да вы что? — глаза у Сан Саныча округлились, — с ума сошли? Сигареты по пятьсот рублей? Да где это видано? Не, так не пойдет, отдавайте назад товар на недостающую сумму.
— Вот еще десять тысяч, — неожиданно Михаил протянул несколько бесполезных бумажек, — сдачи не надо.
Сан Саныч быстро схватил деньги и сунул их под прилавок.
— Вы заходите. Если что, поставки новые скоро будут, — потирая руки, сообщил он нам.
— Хорошо, зайдем обязательно, — кивнул я, и положив покупки в фирменный пакет с надписью «Северный фронт», пошел на выход.
