Четыре ящика с фирменным немецким пивом мы оставили Сан Санычу, под его одобрительное крякание. Мы же не такие барыги, пусть забирает, для хорошего человека не жалко. Все равно нам место свободное в машине нужно под купленные шмотки.
Уже в машине, когда мы немного отъехали от магазина, я покрутил пальцем у виска. Мужики захихикали в салоне. Похоже, у торговца совсем крыша съехала. Какая поставка, какие деньги? Деньги сейчас — пустые бумажки. Только сумашедший может говорить о том, что скоро к нему поступит новая поставка товара. Какого товара? На улицах психи бегают, миллионы людей погибли…
— Я его даже звать к нам на «Гребной» не стал, — пояснил я Андреевичу, — у него крыша явно поехала. Скоро и так, безо всякого заражения, сам психом станет.
В машине мы сидели уже с трудом. Сектора плохо просматривались из окон, да и само положение для стрельбы было не удобным из-за большого количества ящиков с продуктами и мешков со шмотками. Нужно было в срочном порядке добыть еще один автомобиль, и часть груза переложить в него. Начали осматривать прилегающие к дороге улицы. Машины стоят, только закрытые. На стоянки и паркинги нужно ехать, к торговым центрам. А там собаки. В итоге, решили ехать назад и часть груза выложить на базе. После нескольких безуспешных попыток связаться по рации, развернулись и взяли курс на Гребной канал, обратно. На самом деле, в том, что база нам не отвечала, ничего страшного не было. Там рация на яхте стоит, и нет дежурного радиста. А может, просто связи нет.
Развернулись через двойную сплошную, нарушая все правила. Сверху, на столбе, висела не работающая видеокамера. А за окнами все тот же унылый пейзаж. Когда проезжали мимо высокого офисного здания, тоже то ли торгового центра, то ли бизнес центра, Гоша толкнул меня.
— Старшой, смотри, машет нам кто-то!
Я присмотрелся через лобовое стекло — точно. С четвертого этажа строения лысый мужик в красной футболке машет тряпкой и кричит.
— Тормозни, — хлопнул я по панели приборов машины.
Так, что делать? С одной стороны, помочь, конечно же, нужно. А с другой, это большой офисный центр! «Единоборства и финтнес», гласил плакат на входе. Бывал я в этом месте, правда, уже давно. На первом этаже «Макдональдс», но он в стороне, отдельный вход вон там, на углу, с торца здания. До него нам далеко. А вот тут открытые стеклянные двери, главный вход. И, что еще нам на руку, несколько автомобилей стоят на парковке у здания. Автомобили нам не помешают.
— Мужики, как поступим? — повернулся я к личному составу.
— Ну это, помочь бы надо, — потер нос Вадимович.
— Что другие скажут? — я отсоединил магазин на карабине. Проверил патроны и вставил назад.
— Да был я в этом центре, — подал голос Михаил, — там никогда народу не было. Рядом же «Фантастика», где на нас собаки набросились, вот в ней толпы постоянно ходили. А в этом — полтора землекопа народу всегда было, даже в выходные дни. А в будние — полный голяк. Только в спортзал и ходили. А лысый как раз в спортзале сидит, — Михаил еще раз посмотрел в окно машины и продолжил, — точно, там балкон есть длинный, он с балкона машет. А еще в зале есть спортивного питания большой магазин.
— Спортивного питания? — переспросил я.
А что, идеальный вариант для нас. Готовить некогда, консервы надоели, а тут взял с собой, развел водой, проглотил аминокислоты, съел энергетический батончик, и стреляешь зомбаков да мародеришь!
— Решено! — поставил я точку. — Я, Михаил, и ты, — показал я на Вадимовича, — идете со мной в здание. А ты, Гоша, и Андреич — тачку ищите. Психов тут не видать пока. Завести и угнать сможете, если что?
— Ну, раньше умел, — пожал плечами Игорь.
— Вадимович и Миша, забить магазины по полной, и разгрузки новые примерьте, под себя подгоните. Идем внутрь здания. Я первый, потом Вадимович. Михаил, тыл за тобой, понял? — сказал я, загоняя патрон в патронник. — Давай, Гоша, ко входу подкатывай!
«Тигр» подъехал на медленной скорости почти вплотную к открытым дверям, и Вадимович с Михаилом вышли через заднюю дверь «Тигра». А я, как обычно, вышел через пассажирскую.
— Будь на связи, контролируй вход, и машину вторую ищите, вон их сколько, — и я указал пальцем на стоянку.
