Я и то думаю, чего, - пошамкав полными, сочными губами благочинный, гляжу это, - нет Иллариона ни на заутрени, ни на обедне... А я ему ещё с вечера дал панагию целебную и драгоценную, со своей, можно сказать, груди снял. Не пожалел, - значит, для его исчисления, - спокойно рокотал баском благочинный, поясняя братии свой благородный поступок и словно ещё не постигнув разумом, что иеромонах убит. В его монастыре.
Постой, - наконец дошло до настоятеля. - Кто убит?
Иеромонах Илларион.
Где убит?
В своей келье.
Когда?
Я так полагаю, что ночью. С утра не откликался.
Так что ж мы тут стоим. Зовите казначея, зовите иеромонаха Авксентия. Да поскорее к келье, надобно открыть её. И впрямь убитый он, или тебе, аспиду окаянному, спьяну показалось? Ох, не бросишь пить дьявольское зелье (тут он, словно что-то вспомнив счел необходимым пояснить) в таком количестве - от церкви отлучу, епитимью наложу, анафеме предам.
Паника началась в лавре. Кто бежал слева направо за отцом казначеем, чтобы тот пришел с ключами от келий, кто бежал, справа налево за иеромонахом Авксентием славящимся лекарскими талантами, кто спешил в монастырскую церковь, чтобы положить поклоны своему святому и тем отсрочить свою собственную смерть, - известное ведь дело, смерть, как и болезнь, штука заразная...
Все крестились истово, шептались, нервно обсуждая невиданную за все годы существования мужского монастыря в славном граде Пскове вещь.
Со времен нашествия на Псков и Новгород Ивана Васильевича, Грозного царя, в ХVI веке, никто не погибал в этих стенах от руки другого человека.
Все помирали только своей смертью.
Наконец, собрались все, кто и должен быть тут в эту минуту.
Отец казначей вставил в замочную скважину большой ключ с затейливой бородкой, повернул его дважды, и кованая деревянная дверь приоткрылась.
Монахи в ужасе отпрянули от двери.
Настоятель, казначей и иеромонах Авксентий шагнули через порог.
Тело иеромонаха Иллариона и впрямь лежало на полу все в крови. Драгоценная панагия исчезла...
"Смерть укрылась за "Б-6".
За этой квартирой охотились давно. И когда поступил вызов, свой человек в регистратуре вызовов "скорой" вызов отследила и передала своей "левой" бригаде. Долгожданная коллекция сама шла банде в руки. Заказ на неё был спущен "Игуаной" ещё месяц назад. И вот...
По ориентировке, кроме бабки в квартире был внук.
Когда дверь на звонок Вассы распахнулась, та чуть не ойкнула:
- Ни хрена себе, внучок, под два метра ростом. Про это писать надо в наводках-ориентировках!
- Всех уволю к чертовой матери, - мысленно матюгнулась Васса, разглядывая безмятежное лицо молодого парня, скорее всего, спортсмена.
- Баскет, или волейбол? - деловито спросила Васса.
- Чего?
- Я спрашиваю, каким видом спорта занимаетесь, молодой человек?
- Прыжки в высоту. Легкая атлетика. Спортклуб ЦСКА.
- А... Тоже неплохо. А где так телеграфно выражаться научился?
- На курсах радистов.
- Зачем курсы?
Если в армию возьмут, мало ли что со спортротой случится, а с "корочками" радиста 2-го класса я не пропаду.
- Ишь ты, умные какие дети пошли... Тебе 18 стукнуло?
- Нет еще, 17 с половиной. Это из-за роста я старше кажусь.
Васса с сожалением окинула взглядом статную фигуру юноши. Скептически сжала губы.
- Конечно, жаль парнишку, - подумала. - Был бы ребенок, можно было бы вкатить ему дозу "А-5", он проспался бы, и потом не вспомнил бы, что с ним случилось, почему не слыхал, как бабушка от инфаркта помирая, его имя шептала, звала на помощь. Этот здоров больно. Либо ему дозу надо увеличивать, и тут не ясно, выдержит ли. Либо...
- Либо сразу... - невольно сказала она вслух.
- Что - сразу, доктор? - спросил юноша, подавая Вассе чистое полотенце после того, как она тщательно вымыла руки, прежде чем идти к бабушке.
Вышла из ванной комнаты, строго глянула на Ленку, Наташу и Ингу.
- А может... - заканючила Ленка.
- Не может! - оборвала её Васса. - Быстро, быстро, бабулька ждет.
Девицы, толкаюсь, ввалились в ванную и быстро помыли руки.
- Ну, молодой человек, где бабуля? - спросила профессионально-равнодушно Васса.
- В спальне.
- Показывай.
Юноша провел их по широкому и длинному коридору, который нынче модно стало называть "холлом", в дальнюю комнату.
Коридор был заставлен стеллажами с книгами от пола до потолка.
- Никаких тебе "Утамаров", - подумала Васса, идя впереди юноши, рывком, энергично открывая дверь спальни.
А... Вот они где, - радостно протянула она, войдя в комнату.
- Комната старухи была обставлена светлой старинной мебелью из карельской березы. В центре стоял большой круглый стол без скатерти, вокруг шесть стульев. Видно было, что ровная поверхность столешницы недавно хорошо отреставрирована.
