5Вангудэрэн — Упрямец
6Бохупаэ — эрудит
В середине шестого дня пути Учитель и девочка заметили медленно бредущего, опираясь на рогатину, Отшельника. Он их не видел и направлялся куда-то мимо них.
— Бохупаэ!.. — закричала девочка, кидаясь ему наперерез. — Бохупаэ!
Вот теперь он их заметил. Остановился, неловко селна землю.
Серый шерстяной плащ, который не давал перегреться в жару и хранил тепло в холода, испятнала сажа, покрыли дыры, прожжённые летящими от вулкана искрами. Кривая обгорелая рогатина, служившая костылём, с лёгким стуком упала на землю.
Учитель подбежал к другу почти одновременно с Гэнгэлиэн:
— Как твоя нога? Зачем ты вообще шёл?!
Отшельник засмеялся:
— Ты задаёшь странный вопрос! Как будто бы ты нёс бы меня на руках!
— На спине! — строго объявил Учитель. — Маленькую девочку я бы нёс на руках, а тебя подвяжу плащом на спину!
Отшельник отрицающе мотнул головой:
— Лучше я потихоньку сам…
— Дай сюда твою ногу. Ну-ка, чего ты там навертел…
То, что Отшельник без протестов позволил Учителю переложить его ногу так, как ему было бы удобнее, согласился вообще лечь на землю, подложив под голову сумку, говорило о том, что у него больше не осталось сил справляться с бедой самому.
Нога выглядела ужасно. От середины бедра и до кончиков пальцев она распухла настолько, что невозможно было понять, как именно пострадали кости. Учитель всматривался в малейшие знаки, вслушивался в легчайшие отклики изувеченной плоти.
— Лучше б наружу вывернуло, да?.. — предположил Отшельник, закрыв глаза.
— Да. С застарелым открытым переломом мне было бы проще разобраться. А так… ты правильно сделал, что привязал ногу к веткам.
В походной аптечке Учителя всегда можно было найти особые мази, запетые, заговорённые, на пяти и двух кострах проваренные. Одни туманили разум, другие снимали боль, третьи дарили исцеление.
Третьими пользоваться было нельзя: они заставят обломки костей намертво срастись так, как не должны расти кости человека. Первые счёл бы унижением Отшельник.
Оставались вторые, снимающие боль.
— Нам лучше не трогаться с места до утра, — сказал Учитель.
Исподволь, словно случайно, он нажимал на теле друга нужные точки, чтобы тот уснул, а к утру перестал чувствовать тело ниже пояса.
— Если сможешь, постарайся уснуть, — погладил он Отшельника по щеке, помогая отрешиться от боли. — Гэнгэлиэн неплохо управляется с огнём, а я схожу на охоту.
— Я видел бродяг, — прошептал, проваливаясь в сон, Бохупаэ. — Тут неспокойно…
Требовательный взгляд девочки остановил Учителя. Кажется, она решила, что Отшельник мог видеть людей её племени:
— Если бы он видел Заклинателей, он бы так и сказал. Тебя уже учили делать отвод глаз?
— Конечно! — гордо вздёрнула нос Гэнгэлиэн. — Давным-давно научили! Ты отойдёшь на девять и два шага, и всё!..
Наверное, в этих словах должно было звучать «я могучий Заклинатель, а ты со мной как с маленькой!» Но тут она замялась, понимая очевидное и неприятное для неё:
— И… и ты уже… уже не сможешь вернуться…
Учитель поклонился девочке, как взрослой:
— Пока на твоём запястье Диаойу, я найду вас: мы всё ещё слышим друг друга.
Гэнгэлиэн несмело улыбнулась:
— Тогда хорошо… удачной охоты!
Напутствие Заклинательницы к тому привело, везение Учителя или стечение обстоятельств, но охота задалась очень и очень удачной: к съедобным травам добавились съедобные корешки, куропатки устали от темноты и растеряли подвижность, попался даже один заяц — его охотник решил отдать волку, когда тот вновь придёт к костру.
То же, что случилось дальше, иначе как милостью Небесной Императрицы объяснить невозможно.
Отшельник говорил, что видел бродяг. Раз он сказал, что тут неспокойно, значит, просто не стал при девочке называть их верным словом «бандиты». Он не успел сказать, много ли их, и Учитель даже не брался предполагать, сколько. Когда небо заволокли тучи пепла, а Потусторонняя Контора раскидывает по миру паутину козней, и один человек, наделённый злой силой, способен натворить бед, а уж если свело в одну компанию нескольких…
Их удалось заметить издали. Четверо мужчин, по одежде, двое торговцев, один селянин и один Заклинатель, взявшись за руки, замкнули кольцо для приглашённого в Поднебесную Империю зверя из Диюя.
Ритуал только начинался. Гортанный речитатив Заклинателя вибрировал над притихшей равниной, сердца людей в кольце бились в унисон, и в такт им пульсировал весь мир вокруг них, огромная сфера, в которой на миг менялись цвета, размеры, расстояния… Учитель уже видел подобное. Чувствовал, что сейчас может спокойно подойти к ним, может даже влиться в круг, и тогда зверь пойдёт быстрее по шаткой лестнице заклинания.
Но не это начертали Учителю в Нефритовых Скрижалях Небесной Канцелярии.
