– Нет, – отрезал Гржельчик. – Не до них. Пусть сваливают. Здесь еще есть, с кем сражаться.
Наивысшую опасность представляли даже не гъдеане. Они больше всех заинтересованы в драке, и Ен Пиран не даст им поддаться панике, покинуть место в строю, он выжмет из них все. Но эсминцев мало, и по тактико-техническим характеристикам они уступают крейсерам. А вот с триремами Эас – мощными и обильно вооруженными махинами – легко не справиться. Они хорошо держали строй и вели непрерывный огонь, пока еще не смертельный, но в перспективе сближения кораблей он будет серьезной угрозой.
– Связь с эасцами, – потребовал Йозеф. – Мне нужен их командир.
На экране возникло изображение сероглазого светлокожего мужчины, задрапированного в тунику, подпоясанную кожаным ремнем. Напялить такое на Спатоса, из него получился бы натуральный древний эллин, хоть сейчас снимай кино на любой мифологический сюжет. А эасцу одежка не шла. Ему бы костюмчик клерка. Жители Эас тонковаты в кости и не культивируют мускулов, худые обнаженные бицепсы эасца проигрывали даже Васе Ткаченко. С другой стороны рассудить, зачем им мышцы? Эас – технически развитый мир, а для деловой хватки не мышцы требуются, а мозги.
– Капитан Терна, – представился эасец и слегка дернул головой, что можно было интерпретировать и как обозначение вежливого поклона, и как знак раздраженного нетерпения. Длинное птичье перо на шапочке капитана мотнулось в воздухе, хотя голова сдвинулась от силы на миллиметр. – Командир тринадцатой триремы Эас, а заодно всей эскадры. Кто вы такой, и чего вам надо от меня?
– Йозеф Гржельчик, – откликнулся он в тон. – Капитан ГС-крейсера «Ийон Тихий», а заодно и… Честно говоря, мне от вас ничего не надо. Мне, наверное, нужно кое-чего от гъдеан и симелинцев, до сих пор не сбежавших… Это, конечно, делает им честь, но не выводит из списка наших врагов. Однако мы не находимся в состоянии войны с Эас. Вы можете уйти.
Капитан Терна криво усмехнулся:
– Боюсь, что нет! Нам заплатили, чтобы мы сражались.
– Но я же плачу вам больше, – вкрадчиво заметил Йозеф.
Глаза Терны заблестели. Деловой разговор – совсем не то, что пустая перебранка с противником.
– Сколько? – осведомился он с жадным интересом.
– Ваши жизни, Терна, – проникновенно ответил Йозеф. – Величайшая ценность на свете – жизнь и свобода. Ну, и из материальных ценностей – ваши корабли, конечно.
Лицо эасца исказилось гримасой. В ней было все: и разочарование, что не удастся нажиться, и понимание, что земляне предлагают на самом деле немало…
– Это выгодная сделка, Терна, – заметил Гржельчик. – Если она состоится, мы не будем уничтожать ваши замечательные триремы вместе с их храбрыми экипажами. Кроме того, мы представим нашему руководству ваше присутствие здесь как случайность, Земля не станет объявлять Эас войну и даже не устроит скандала в Совете координаторов. Видите, сколько бонусов? Прекращайте огонь и уходите, мы вас не тронем.
Капитан Терна скрипнул зубами. Выгоды были ему вполне ясны, но и честь у него имелась.
– Думайте скорее, Терна, – с легким раздражением поторопил его Гржельчик. – Мне некогда. У меня личные проблемы. Если что-то будет меня сильно задерживать, я попросту смету преграду с пути, не считаясь с потерями.
Эасец посмотрел землянину в глаза, и увиденное там не понравилось капитану. Этот Гржельчик не блефует, не пугает. Так он и сделает, если Терна не согласится на его условия. В обычном бою с эскадрой Гржельчика триремы, может, и вышли бы победителями. Но врага, настроенного подобным образом, победить невозможно.
Одна за другой эасские триремы разворачивались и покидали поле боя в правильном строю, словно на учениях. Ен Пиран гневно затопал ногами, но гнев его был бессилен. Вломить вслед эасцам турболазерным залпом? А смысл? Даже если кого-нибудь собьешь, враги-то – не они. А неприятностей с правительством Эас потом не оберешься.
С уходом трирем сражение было проиграно. Симелинские фрегаты отважно бились, но эти берсерки неспособны к согласованным действиям. Земляне разобьют их по одному.
– Отступаем! – скомандовал адмирал.
Один из земных крейсеров, добив мересанского подранка, тоже вырулил из свалки и заскользил куда-то вдаль. Адмирал прищурился. Это же «Ийон Тихий»! Ну, и куда ты намылился, проклятый греховодник?
В этом бою ловить нечего, но у Ена Пирана вдруг возник еще один, особый интерес. Интерес к «Ийону Тихому». Провались в дерьмо Нлакис, раз уж так, но с ненавистным Гржельчиком он посчитается во что бы то ни стало. Прямо сейчас.
– Смена цели, – распорядился адмирал. – Догоняем и перехватываем «Ийон Тихий».
Хоть на это-то пяти эсминцев, оставшихся от восьми, хватит?
Он чувствовал, что невольно кривит душой. Не от восьми, нет. От восемнадцати. Двенадцать кораблей было в начале войны под командованием Ена Пирана, еще шесть находились в королевском резерве. С тех пор, как судьба столкнула его с Мрланком Селдхреди и Йозефом Гржельчиком, он только и делал, что терял корабли. Пора положить этому конец!
– Нас преследуют пять гъдеанских эсминцев, – сообщил отдел наблюдения.
Йозеф выругался.
