Разбившись на отдельные группы, солдаты обменивались мыслями о поездке во Францию для продолжения войны, которая была тяжелым бременем для народа. Большинство солдат очень осторожно и сдержанно, но вполне определенно высказывали свое неодобрение предстоящей поездки во Францию.
Учитывая особенности, в которых должна была протекать боевая работа бригады, генерал Лохвицкий и старшие офицеры бригады стали насаждать в ней «железную дисциплину». Наряду с различными мерами воспитания широкое распространение получила и такая позорная мера, как рукоприкладство.
Отдельные офицеры особой бригады были противниками жестоких нововведений генерала Лохвицкого, но, будучи всего лишь младшими начальниками и командирами рот, они не могли изменить установленного порядка.
Не рассчитывая на то, что непопулярная в народе война сможет поднять боевой дух солдат, военные руководители царской России стремились насаждением жестокой [20] бездушной дисциплины создать из армии послушный, безотказно действующий механизм.
Начальник особой бригады генерал Лохвицкий придерживался этой же точки зрения. Его дисциплинарная практика базировалась на рукоприкладстве и устрашении. Но и этого Лохвицкому показалось мало. По прибытии бригады во Францию он официально ввел в бригаде телесные наказания, а затем и военно-полевые суды. Однако все эти меры не укрепили дисциплину в частях бригады и не сплотили ее личный состав, они только обострили отношения между солдатами и офицерами и служили источником ряда воинских правонарушений.
В январе 1916 года формирование особой бригады было закончено. Полкам вручили знамена, и бригада стала готовиться к отъезду во Францию.
24 января старший адъютант штаба бригады капитан Гарновский и бригадный интендант капитан Рязанов выехали в Иркутск и Хабаровск за интендантским довольствием для всех частей бригады. Кроме того, они должны были подготовить перевозку полков в эшелонах от станции Куанченцзы по Маньчжурии и Корее до порта Дайрен (ныне порт Дальний).
25 января из пунктов формирования началось движение эшелонов с частями бригады по Сибирской железной дороге до станции Куанченцзы — места пересадки в японские поезда. Далеким и томительным был путь бригады от Москвы до порта Дайрен, а еще более далеким и томительным был он до границ Франции. Части бригады проехали Екатеринбург, Омск, Новосибирск, Красноярск, Иркутск, Читу, Маньчжурию, Мукден и наконец прибыли в Дайрен.
На долгих остановках в пути следования собиралось обычно очень много местных жителей. Они недоуменно спрашивали солдат, почему воинские эшелоны идут на восток, когда война бушует на западе, расспрашивали солдат о положении дел на фронте, угощали их сибирской снедью.
Посадка бригады на суда в Дайрене была назначена на 15 января 1916 года. Предполагалось, что к этому времени прибудут из Франции в Дайрен транспорты необходимого тоннажа и будет закончена перевозка частей бригады из мест формирования.
Учитывая установленные сроки, министр иностранных дел Сазонов поручил 10 января русскому послу [21] в Японии Малевичу-Малевскому добиться у японского правительства разрешения на получение восьми поездов сорокавагонного состава и подать их к станции Куанченцзы по мере прибытия туда эшелонов из России.
Однако прибытие транспортов в Дайрен задержалось, а формирование частей бригады несколько затянулось. Поэтому движение эшелонов со станции Куанченцзы началось лишь 11 февраля, а посадка частей бригады на суда в Дайрене — 15 февраля.
От станции Куанченцзы по территории Маньчжурии вплоть до порта Дайрен все эшелоны сопровождались так называемыми «техническими» агентами японской железнодорожной администрации, от которых зависело движение поездов и порядок на станциях. По распоряжению японской администрации к русским часовым на каждой станции приставлялись и японские часовые.
К концу первой половины февраля все части бригады сосредоточились в Дайрене. В 16 часов 15 февраля началась посадка частей бригады на французские коммерческие суда, прибывшие с товарами в Дайренский порт. Тоннаж прибывших судов был явно недостаточен для перевозки на дальние расстояния столь большого количества людей, животных и различных грузов, что имела бригада. Потребность бригады составляла шесть — семь транспортных судов среднего тоннажа. Но французское морское министерство предоставило для перевозки бригады лишь три судна малого тоннажа.
Извещая русское морское министерство о высланных в Дайрен судах, французская военно-морская администрация поставила в известность русские власти, что отправленные для перевозки бригады суда не приспособлены для продовольственного обеспечения войск, а потому все заботы о продовольственном снабжении людей от пункта посадки до Порт-Саида ложатся на русские власти. Так как продовольствия с места посадки бригада брала ограниченное количество, русское военное командование было вынуждено поручать всю закупку продовольствия в пути капитанам пароходов, как людям опытным и сведущим в этом деле.
