И ответ пришел, причем очень ясный и очень наглядный: сразу десяток камней рухнули с потолка туннеля. Что ж, вполне ясно и доходчиво, теперь мне понятно и то, почему я тут очутился. Боги Хаоса не могут преступить свободу выбора Игроков, но в их власти влиять на события, воздействовать на них так, чтобы добиться того, чего они хотят. И все, что им для этого было нужно, это дурак, который по собственной воле сунется в эти всеми богами проклятые склепы, а дальше выбора у него особо и не будет: он или шагнет в ту дыру, куда его хочет запихнуть воля богов, или сдохнет, например, от камня, свалившегося на его не слишком догадливую голову.
– Я могу отдохнуть или должен лезть туда прямо сейчас?
И снова вполне очевидный ответ – целый пласт скальной породы, отвалившись от потолка, полностью завалил проход. Попытка оттянуть неизбежное не удалась, еще раз выругавшись, я устало побрел назад.
Перед тем войти внутрь воронки, я искренне пожелал себе удачи и милости Слепца. Пусть Хозяйка Судеб не оставит меня своей милостью, а если я погибну, то позаботится о моих друзьях.
После чего шагнул вперед.
Где-то в пустоте, невидимой для людских глаз, где царят лишь боги и духи, кто-то невидимый произнес:
– СПОР БОГОВ НАЧАЛСЯ! СУДЬЯ ПРИБЫЛ, ЧТОБЫ ЕГО РАЗРЕШИТЬ!
Гул колокола. Громкие звуки набата больно ударили по ушам, буквально выдирая из сладкого царства сна. Колокол веками правил цитаделью. Именно он был ее истинным владыкой, ее незримым господином, и его неумолимой воле повиновались все. Он говорил, когда пришло время для еды, отдыха или сна, он созывал на молитву и он же провожал в последний путь братьев, закончивших свой дозор. Но сейчас он призывал их на стены, требуя исполнить свой долг и сдержать данные когда-то клятвы.
Я рывком вскочил с жесткого матраса и без лишних раздумий натянул на себя одежду. Подхватил пояс и уже был готов бежать на свой участок на стене, когда проснувшийся разум заставил меня остановиться и недоуменно оглянуться вокруг. Что вообще происходит? Какие стены, колокола и отражения штурма? И, во имя Хаоса и всех богов, где я вообще нахожусь?! Оглядев комнату в поисках подсказок, я схватился за голову, невольно делая шаг назад.
В голове страшный кавардак: чужие воспоминания, потоком хлынувшие в меня, перемешиваются с моими, вызывая боль и головокружение. Я со стоном опустился на колено, пытаясь разобраться в этом хаосе и отделить чужие мысли от своих. Я — Рэн, Игрок, служитель Хаоса, вошедший по воле Смеющегося Господина в тайный проход в склепах Беренхеля, и я же — Ульгард, сын Олафа и Леи, послушник в цитадели Третьей чаши, ожидающий со дня на день посвящения в боевые братья и прямо сейчас рвущийся бежать куда-то на стену, чтобы занять свой боевой пост для защиты цитадели от врагов.
Как все сложно и запутано… Я чувствовал себя, как будто снова призвал Стража Подземного огня. Тело вроде поддавалось моему контролю — взмах рукой, присесть, встать — все делалось легко, но в то же время постоянно ощущалось рядом присутствие чужого сознания. Оно было придавленное, заглушенное и как будто спящее, хотя при этом я четко осознавал – это тело и разум другого человека. И этот человек имел свои знания, память, чувства и волю, сейчас просто запертые и связанные невидимыми узами. И даже несмотря на эти узы, он буквально рвался в бой, куда призывал его голос Колокола, разносившийся повсюду.
Какой-то бред. Все происходящее мне казалось дурным сном – ну и зачем меня было чуть ли не запихивать в этот проход?! Чтобы я в итоге оказался в теле юнца? Я наконец сумел разглядеть себя в небольшом зеркальце, которое хранилось у мальчишки в прикроватной тумбочке. Красивое лицо с едва начавшей проступать щетиной усов, серые глаза, тело худощавое и хорошо натренированное. Обратившись к памяти, я удивленно хмыкнул. Еще бы! Ульгард в шесть лет был отдан родственниками в обитель после гибели его родителей, и с тех пор его жизнь была разделена на три части — тренировки, молитвы и сон.
Я еще даже не успел подумать, что мне делать дальше, когда пришлось подавлять настоящий бунт. Сознание мальчишки буквально рвалось на свой пост, и оковы, связывавшие его разум, с трудом сдерживали этот напор. Удивленный и слегка напуганный, решил все-таки не препятствовать ему. Что произойдет, если он сможет разорвать узы, я просто не знал. Может, он просто вышибет мой разум из своего тела – и что тогда будет со мной? Пропаду, со временем растворившись в пустоте, вернусь в свое тело или просто погибну? В любом случае рисковать мне не хотелось.
